Последний Шанс

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Последний Шанс » Архив Дагора » [05.12.1439] Неприятное пробуждение


[05.12.1439] Неприятное пробуждение

Сообщений 31 страница 41 из 41

31

спустя десять дней от выталкивания из комнаты Костьки, а так же встречи котов и ночных горшков

Притащивший Николаса буквально на своем горбу Рихор не успел даже распрячь лошадь. Граф, очевидно сопоставив ценность единственного законного наследника рода и так до сих пор не обженившегося сына, отправил последнего с письмом обратно в столицу.
Любой другой от таких поручений взвыл бы в голос, проклиная несчасливую звезду под которой родился. Рихор только плеснул себе в лицо воды, из подернутой льдистой пленкой бочки, разок огрел по хребту козу, вздумавшую сжевать чужие портки и наскоро заседлал своего каурку. Эта поездка могла кончиться как угодно, в том числе и возвращением в качестве Безголового Всадника, которым в землях Вальмонов всегда пугали ребятню постарше, уже переросшую сказки про Бабайку. Но вместе с тем, она показывала сколь твердо в посланнике уверен Старик. Как в самом себе, и, может быть, еще чуток больше.
"С другой стороны, он мог отправить меня как самого бесполезного из старших," - невесело рассудил Хор, переживая пренеприятнейший во всех обношениях обыск. Говорили что в Дагоре армией заправляет баба, однако недельная щетина и усищи стражей заставиляли усомниться в правдивости этих баек.
Вернулся домой Рихор только когда полная луна переодилась в молодой месяц. Как объясниться перед отцом за такое долгое отсутствие он еще не придумал, а потому старательно избегал попадаться Старику на глаза.
Очевидно, Костьяна страдала от той же самой проблемы. Когда эти двое столкнулись на скотном дворе и не обменялись шлепком по заднице и звонкой оплеухой, то моментально распознали друг в друге товарищей по несчастью.
Не прошло и получаса как упирающуюся девушку тащили в комнату болезного принца. Процесс собпровозжался руганью и пусканием в ход мокрых полотенец, от которых Хор довольно пострадал еще в глубоком детстве.
- Да перестань ты упираться, овца безрогая, - шипел мужчина, толкая Костьяну вверх по узкой винтовой лестнице. - Ничего этот мальчишка не сделает тебе. Небось сама виновата, языка за зубами держать не научена, болтнула лишнего, взбаламуила парня вот и получила.
За Костьку Рихор ничуть не волновался. Деваха она была крепкая, и получала на орехи куда больше. Тем паче что у страха глаза велики - с перепугу Николас мог ей и чумным вердоном и кровопивцем каким показаться.
Куда больше Вальм тревожился за племяша. За десять дней в одиночестве можно паутиной зарости, не говоря уж о том, что костоправу, о котором так распиналась Костья, Хор мягко говоря не доверял - лекарством от всех хворей тот считал кровопускание, и практиковал его на всех пациентах, в то время как сам предпочитал лечиться приложившись к кувшинчику чего покрепче.

32

Костьяна

http://s019.radikal.ru/i617/1205/f7/ced50aaa67a0.jpg
Кость, как её ласково называют братья и прочие обитатели крепости, работает в замке служанкой. Работящая, толковая, привычная к уходу за больными и стариками, она любит свою простую работу и незамысловатый образ жизни. Хотя, конечно, это не мешает мечтать ей о пышности столицы, балах и прекрасных кавалерах… Смекалистая деваха, для своих-то 17 лет от роду. К ней уже подбивают клинья местные женишки, да и сама она знает путь к ближайшему сеновалу.
Если вам интересно, состоит ли Костьяна в родстве с хозяином земли, то советую задать этот вопрос ей лично, быть может, ответит.

Костька упиралась так, словно вели её не в комнату к калечному мужчине, но на эшафот. Ругаясь на чем свет стоит, девица орудовала мокрым полотенцем аки хлыстом, осыпая поймавшего её Хора тяжелыми шлепками. Этот козий сын поймал, когда она кормила цыплят, да с ходу раскусил, не дав даже соврать по-человечески!
Костьяна действительно все эти дни шарахалась от Николаса как от сифилитика, не желая иметь дело с ушибленным на голову мужиком. Нет, она его кормила, оставляя трапезу под дверью, стуча и быстро уходя подальше, но все прочие обязанности попросила выполнять других слуг, взяв на себя их обязанности. Да, девицу принц не зацепил от слова совсем, как-то не так она себе представляла обладателей белых коней. Не наследник трона, а прям истеричка в женские дни!
И вот сейчас её обрекли на возвращение к этому слабоумному, лучше бы отправили чистить нужники, право слово!
- Ты кого овцой назвал, морда поросячья?! - вопила Костька, снова замахиваясь полотенцем в бесплодных попытках прорваться через Хора, - Ну, раз я такая вся виноватая, то сам с ним и нянькайся! А то нашли себе самую рыжую, а он, между прочим, меня из комнаты вытолкал, да так, что у меня после синяки неделю не сходили!
Ну, тут она привирала, синяков у неё не было, но зато все самые лучшие чувства были точно побитые собаки. От злости на такое поведение принца девушка тогда топнула ногой, крикнула нечто вроде «ну и пожалуйста!», да и пошла по своим делам. У неё и без капризных принцессочек хватало забот, утирать чужие носы да менять пеленки времени не было!
После такого стоит ли удивляться, что сиделка Николаса более не хотела казать носа в его комнате, не то что встречаться с ним лично. Кабы не Рихор, так бы и обходила треклятые покои седьмой дорогой, все ещё обижаясь на гостя.
Чем ближе была заветная дверь, тем сильнее было отчаяние девушки. Костьяна не хотела даже видеть Мэйна, не то что прислужить ему. Конечно все в замке понимали, почему именно неотесанную и взбалмошную Костьку поставили при принце, да только самой несчастной от того легче не было.
- И вообще ему ж покой прописали! Вот я и оставила его в покое... в покоях... ну ты понял, - недовольно пробурчала хмурая девушка, предпринимая последнюю отчаянную попытку убежать прочь до того, как Хор постучит в дверь.
Сложно было сказать, чего в сердце было больше – обиды или гнева. Не ведая всего, Кость полагалась лишь на увиденное и услышанное, потому и реакция у неё была соответствующая. Ну, и ещё она была простой и понятной бабой, не слишком любящей утруждать себя лишними вопросами о тайнах человеческой природы. Сейчас ей ну очень не хотелось переступать порог покоев принца. Столь сильные эмоции отразились на лице болезненно-пурпурным румянцем и капельками прозрачного пота, стекающими от кромки волос вдоль курносого носа к губам. Шумно душа, гневно раздувая ноздри, Костька все же сдалась на милость победителя и злой судьбе.
Голова привычно заныла, словно где-то внутри черепа забилось маленькое сердечко. Отступать было некуда, а нападать – невозможно, и это так раздражало! Тяжело вздохнув и утерев лицо замызганным фартуком, Костьяна фыркнула и… и от всей души впечаталась коленкой промеж ног Рихора, стоило ему постучать в треклятую дверь!  Месть была так сладка-а-а, теперь можно и на морду этого плесневелого Николаса глянуть, авось он там паутиной покрылся, ожидая, когда из заточения приедет благородный принц спасать.

Отредактировано Ромашка (2012-07-12 00:01:12)

33

Вопреки ожиданиям (всяким, как занадежнивчавшимся, так и беспокойным), Николас паутиной покрываться не собирался, как и ждать спасателя и спасителя на белом коне. Он вообще был на редкость прагматичен, когда влетал с разгона в какие-нибудь феерические неприятности, этот старший сын странного королевского семейства. Может быть именно поэтому дверь и не подумала распахнуться, но звуки с той стороны все же послышались. Завершились они вполне себе спокойным возгласом, несомненно принадлежавшим заточенцу в комнате:
- Кого опять несет? Я уже сказал, дверь не открою, идите в...

Куда именно идти Николас определил предельно прилично, но очень точно и детально. Следуя этим указаниям действительно можно было добраться до назначенной цели, да и картина того, что именно и в какой последовательности следует там сделать - тоже вставала перед глазами как живая. Во плоти, фактически - рассказывать Николас Аллен Мэйн любил, умел и был научен. И вполне сознательно навыком этим воспользовался, пусть даже и через дверь.
Впрочем, услышанное в ответ заставило его вполне слышимо хохотнуть - вот уж действительно, только инквизиции тут не хватало для полной картины, - а еще спустя реплику с той стороны послышался грохот и скрежет. Дверь явно была закрыта не просто так и, когда створка-таки отворилась, глазам задверных постучальцев открылся вполне себе узкой проход-баррикада, сооруженный из мебели, книг, утвари и стульев, вполне пригодный для длительной обороны - венценосный заключенец без дела не  валялся, да и паутина была не про него. По всему видно было что Николас окопался в комнатах надолго и выкурить его из них, пожалуй что только пожаром и голодом было можно. Инспекция унаследованных шкафов дала ему одежду в виде рубашек, у зеркала обнаружился гребень, а собественные его штаны, пусть не особенно чистые, зато по размеру, довершали наряд узника. Деятельный характер несколько компенсировался поломатыми ребрами, но в целом результат был на лицо - лечение (в том варианте, который получился) явно пошло Николасу на пользу.
- Заходи..те. Но сразу говорю - будете буянить, я перестану быть вам рад. Новости?
Глаза слепого требовательно и чуть недобро вперились в Костьку, но потом все же переместились на Хора. Кому из них было больнее, почему обоим сразу, и зачем в таком виде нужно приходить непременно к нему Николас не спрашивал за полной бессмысленностью. Он просто наморщил нос, самую малость, капельку, и снова помянул отсутствие Леонарда сожалетельно-крепким словцом.

34

- Это все она! - мстительно прошипел Хор втискиваясь в комнату вперед Костьяны и уже искренне желая чтоб она катилась вниз по лестнице и носа в их мужские разговоры не совала. В крайнем случае одеть Николаса Хор и сам сможет, не впервой с младшими братьями тетешкаться. - Шла б ты Костька... гусей кормить.
Чего он собственно тащил с собой эту ослицу Рихор и сам не понял. Особой любви между ними не было, особой вражды тоже, так что винить во всем надо было исключительно желание показать нахальной девке ее место. Глупость, конечно, форменная. да что уж теперь поделаешь.
На принца он, прямо сказать, не тянул. Особенно на благородного. Откровенно недовольная бандитская рожа сводила на нет впечатление от (в кое-то веки!) опрятной одежды и еще совсем недавно хорошего настроения. Однако, к чести его, следует сказать, что пришел именно для вызволения принца из заточения. С последующим тасканием того по всем грязям и хлябям дагорских болот.
- Новости есть. Марго... то бишь мачеха твоя, отозвала своих сыщиков так что теперь отбивать тебя у нас никто не станет. Она конечно поворчала за то что мы умыкнули тебя без спросу, но вроде как смирилась. Так что теперича ты тут официально гостишь сколько душе угодно, племяш, - продышавшись и утерев выступившие слезы от встречи с Костькиной коленкой, Хор похлопал наследника рода Вальмонов по здоровому плечу. - И еще кое-что. Дед твой справлялся не засиделся ли ты в четырех стенах и не хочешь ли присоединиться сегодня к нему на охоте. Малые пока по лесу шастали кабанчика приметили. Неподалеку отсюда.
От одних мыслей о жаращемся на вертеле мясе у Хора потекли слюнки. С такой мотивацией он готов был без коня догнать дикую свинину, завалить оную голыми руками и самолично дотащить до поместья. Ну может быть не один, а на пару с тем самым вердоном что выследил похитителей принца неделей ранее. Уж вдвоем то бы они наверняка все сделали в лучшем виде.
Но Старик решил что охота станет прекрасной прелюдией к большому празднику в честь возвращения любимого внука в родные земли. И не ему, Хору, с отцом спорить.
- Так что, собираемся или тут сидеть будешь?

35

Костьяна

http://s019.radikal.ru/i617/1205/f7/ced50aaa67a0.jpg
Кость, как её ласково называют братья и прочие обитатели крепости, работает в замке служанкой. Работящая, толковая, привычная к уходу за больными и стариками, она любит свою простую работу и незамысловатый образ жизни. Хотя, конечно, это не мешает мечтать ей о пышности столицы, балах и прекрасных кавалерах… Смекалистая деваха, для своих-то 17 лет от роду. К ней уже подбивают клинья местные женишки, да и сама она знает путь к ближайшему сеновалу.
Если вам интересно, состоит ли Костьяна в родстве с хозяином земли, то советую задать этот вопрос ей лично, быть может, ответит.

И стоило её ради этого вообще в такую даль тащить? Костьяна посмотрела на мужчин тяжелым взглядом исподлобья, обиженно раздувая ноздри и кусая пухлые губы. Два напыщенных индюка, только и знают, что норов казать. Один превратил комнату в непойми что, окапавшись тут, хотя его никто даже не трогал. Нашел вражью яму, будто кому-то тут надо тревожить его королевское величество! Второй притащил сюда, оторвал от важных дел, лишь для того, чтобы после отослать и предложить принцу пойти на охоту.
- Ну и пойду, - буркнула девушку, резко развернувшись и зашагав прочь.
Костька даже не обернулась, покидая комнату Николаса. Её ждали много более важные дела, чем няньканье с двумя идиотами. Так закончилось её знакомство с носителями голубой крови, хотелось верить, что навсегда. Впереди её ждали те самые некормленые гуси, утки, коровы, и кот, конечно же кот. А охоты и прочая мужская придурь более не являлись проблемой девицы.

НПС выведен из игры

36

Яркие, вот точно вальмовские эмоции, раскрасили пространство союбытий почище всяких красок. Старший принц вряд ли мог описать не-виденное, но то что кому-то ое кого-то досталось, - точно. А уж потом дядька расцвел таким букетом ощущениу что Николас аж поморщился. Место попадания, надо полагать коленкой, удалось угадать слишком уж точно - аж у самого губы перекосило.
- Собираемся! - ответ выскочил так быстро, словно Николас боялся что дядька сводный передумает, да посмотрит на него такого, да оставит дома, словно он, Николас, все еще ребенок и на яблоню так и не научился взлезать за дюжину лет. Чужое нетерпение отозвалось совсем как свое и ... сидеть в опостылевших уже, пусть и знакомых, комнатах не хотелось. Здесь он уже все знал и, в этом было почти не совестно признаться, едва не познакомился со скукой. Приход Рихора все менял - уж что-как, а скучно с няньком не было никогда.
- Обязательно собираемся и едем добывать этого твоего кабанчика. Сейчас же день, верно? Значит нужно откопать здесь куртку, - стукнуть по плечу в ответ было трудно, но Николас, кажется, справился. Голос выдавал Хора с головою в этой знакомой уже комнате и, вздумай Вальм прятаться здесь от слепого, неизвестно еще, кто бы вышел в этой игре победителем.
- В здешнем шкафу полно вещей, но, кажется мне - половина - юбки. И даже, возможно, нижние... - теперь голос выдавал вовсе даже и не Хора, но побороть своё смущение от факта что он, Николас, случайно оказался копавшимся в дамском белье, о котором ему вроде как не положено ничего знать.. смущал. Оставалось только надеться что родич его не выдаст и быстро, как можно быстрее, сменить тему, на ходу уже ощупывая стену здоровой рукой - к шкафу еще следовало дойти, а к охоте - одеться.
- А Марго.. пусть. Фабиана нашли? Он цел? Много... убитых? Подожди-ка.... это ты что ли туда ездил?

37

"Отож, нижние юбки ему не понравились", - беззлобно ухмыльнулся Хор проводив Костьяну взглядом. Обычно они ссорились вдвое меньше, правда исключительно по причине редких встреч: Костя чаще пропадала во дворе, а Хор на реке да в лесу, так что единственным и неизменным местом их встречи бывала разве что лестница. А ругаться на лестнице ох как чревато!
Правда вот успокаивать принца, что рылся он в белье собственной матери Вальм не стал. Во-первых, вряд ли бы это Николаса успокоило, еще б сильнее только засмущался, до самых ушей. А, во-вторых, чуял Хор поджилками, что напоминание о почившей Даниэле испортит охотничий настрой им обоим. Он сам-то, вроде почти успокоился за столько лет, стараяь не поминать сестрицу ни вслух, ни про себя - с глаз долой, да из сердца вон, как говориться.
- Найдем, только не тут а у меня. Ты, племяш, смотрю с меня почти вымахал, так что поделюсь одежкой. И штанами тоже, не боись. В юбке-то по лесу несподручно, - уверил он родственника и за руку поволок вниз по лестнице. Предварительно выглянув и убедившись что пакостей от Костьки ждать не стоит. А то мало ли что.
Рихор не торопил Николаса, но разговор отложил ровно до момента одевания - на лестнице охотник был слишком занят тем, чтобы не дать племяннику навернуться с оной, пересчитав ступеньки до самого порогу.
Куртка, как и штаны и прочие необходимые нормальному мужику вещи конечно-же нашлись. Даже долго рыться в коробе не пришлось. Одевать Николаса Хору было не впервое, разве что раньше сделать это было труднее в разы: в детстве Ники с трудом сидел на одном месте и зачастую оказывался обряжен в ту же куртку, к примеру, завязками на спине и поднятым воротом в пол лица. Но забавно же было! Николас нынешний относительно стойко снес тяготы облачения в теплые штаны и прочие приготовления к прогулке. Отдельным пунктом в этих приготовлениях значились крепкие кожаные перчатки.
- Не знаю насчет находок, но в замке он, это точно. Да не трепыхайся ты, что с ним станется? - Рихор критически оглядел свое творение и остался вполне доволен. - Жив, здоров, за материну юбку держится. Убитых не считал, уж прости. Но твоих старичков видал, вроде все целы. А ездил туда. Дед твой отправил. Вроде как весточку передать, что ты в целости и сохранности, и не где-нибудь в Академии дуба даешь, а тут. Почитай дома.
В общем-то, Хор и сам не слишком понимал почему отправили его. Почему Старик не поехал сам или не отправил кого из старших - тех, кому после его смерти (дай Татес ему долгих лет!) принимать хозяйство на себя. Впрочем, деятельная и не слишком склонная к размышлениям натура Вальма не слишком долго задавалась этими вопросами. Особенно после того как покинул столицу. Дома были дела поприятнее и поинтереснее.
- Ну что, пошли? - Хор знал, что Николас ничего не видит; знал, что Николас, в отличие от него, дворянин, но все равно протянул ему руку.
Как зрячему и равному.
Во дворе уже слышалось повизгивание и лай. Любимые псы Рихора тонко чуяли настроение хозяина и рвались в лес.

38

- Найдем, только не тут а у меня. Ты, племяш, смотрю с меня почти вымахал, так что поделюсь одежкой.
Когда-то давно, лет эдак десять назад, Николас бы все отдал, что имел, только чтобы облачиться в настоящие штаеы, да куртку, да еще, если вдруг Рихор отвернется, подержать в руках всякие охотничьи штуки, к которым малолетнего принца не подпускали ближе чем на два метра. А теперь вот оно, счастье... ну, какое есть - радуют Николаса эти штаны тем в основном, что не юбка, и тем, что теплые - это-то уж он помнит. И помогать себя одевать было тоже не впервой - очень удобно пользоваться чужими руками, только вот нужда приспичит и как штаны расстегивать? Кричать "на помощь, я в пуговицах застрял!", чтоб еще и прилюдно позориться? Нет уж, лучше чуток медленнее, но совместно. Тем паче, что застедка у куртки оказалась непривычной и Николас не то что в перчатках, голыми руками не сразу смог развязать и завязать. Пока над Хоровыми ответами думал. Думать над любой информацией старший принц приучен был сызмальства, - прямо сразу вот как пачкать пеленки перестал, и информации обычно из обдумывания извлекал изрядно. Сейчас же он думал над тем, почему Старик послал Хора, почему не поехал сам и.. над тем, почему все так удачно сложилось.
- Сам-то он здоров? Дедушка... - ухватить Хора за руку, натягивая перчатку после, чтоб не обидеть, - но все равно ухватить, как дядьку и приятеля, а не как "незаконнорожденного бастарда твоего деда", - как прежде частенько пытались напоминать ему слуги во время гостёбы. Вот еще, чиниться тут - Николас ни секундочки не обманывался, кто тут кто, забудь на минутку все эти дворянства и ранги. Это еще и на лестнице отлично было заметно, когда, обманутый неравной высоты (не то что дома!) ступеньками он, Николас, целых два раза едва на Рихора не упал. Позорище какое!
Сейчас же, общупав себя оставшейся свободной рукою Николас удовлетворенно кивнул, сунул руку Рихору обратно, и, ухватившись, решительно потащил дядьку туда, где, как он помнил, должна была бы находиться дверь. По крайности, если верить собачьим нетерпеливым визгам.
- Готов-готов. Идем же! Надо было тебе раньше меня будить, а не ждать, пока я соизволю себе все бока отлежать.

39

Из комнаты в коридор, из коридора прямиком на крыльцо, а уж с крыльца едва не вприпрыжку, отбиваясь и гаркая на лохматых псов чтоб не лезли на шею и под ноги. Это вам не болонку какую на руках таскать - в каждом из хвостатых оболтусов весу было как в добром барашке. Но от таких, в отличие от тех же болонок, хотя бы прок был.
- Да что этому старикану сделается, - хохотнул Хор. Уважение к отцу ничуть не мешало ему костерить родителя за глаза на чем свет стоит. Просто от того, что костерить в глаза было слишком рискованно, можно было и ушей лишиться и о наличии спины позабыть на пару недель. - Больше ворчит что слишком стар, чем так оно на самом деле есть. Женка у него новая... Постарше тебя лет на пяток дай Боги. Так что... - тут дядька сделал многозначительную паузу. Больше для себя. Ласочку он помнил еще незамужней и изрядно переживал, что не успел отца опередить. Только вот с этим уже ничего не попишешь - у ней вон уже и живот нарастать начал. 
- Цветет и пахнет, словом. Небось еще правнуков застанет, а? - Вальмонов двор оставался позади, собаки неслись вперед к пологому спуску в поросшую калиной низину. В ней-то как раз след добычи в последний раз видели. - Ты как по этой части?
Рихор конечно ни на какую женитьбу не намекал, прекрасно понимая, что на деревенской девке принцу жениться не с руки. Но вряд ли какая из местных (разве что исключая Костью) стала бы воротить нос от молодого дворянчика. А тем более внука здешнего хозяина. Не мужа, так гостинчик какой получить завсегда приятно.
Между тем, каменистая дорога под ногами сменилась громко чавкающей не то травой, не то грязью, не то смесью их. До болот было еще далеко, но дыхание их ощущалось даже здесь. И даже зимние холода ничего с этим поделать не могли.

40

Продолжение игры

Это сладкое слово свобода… Все тридцать с лишком лет Ланьэр мечтал об избавлении от незавидной доли императорского наложника. А незавидной ли? По крайней мере, во дворце было тепло и сухо, была еда. И что же он обрел теперь, вместе с долгожданной независимостью? Перспективы самостоятельной жизни казались такими захватывающими. Нет, сирена не был пустым мечтателем, он тщательно все продумал, даже не смотря на спонтанность побега. Драгоценности прихватил опять же. Не продумал юноша только одного: как быть, если он окажется в лесной глуши, где днем с огнем не сыщешь разумного существа.
Минуло одиннадцать дней с того момента, как сирену выкинули на пустынную проселочную дорогу. Поначалу он был счастлив, по-настоящему счастлив. Казалось вот она - настоящая жизнь, а впереди столько захватывающих перспектив, что и вообразить сложно. Но на поверку все оказалось скверно, даже очень скверно.
За все те дни, что он бродил по лесу, Ланьэр не встретилось ни одной живой души. Поначалу бывший наложник просто брел по дороге, на которой его оставили, полагая, что вскоре выйдет к какому-нибудь поселению или деревне, а там можно будет что-нибудь придумать. Но не тут-то было.
По дороге прямо навстречу сирене катилась обветшалая телега, в которую была запряжена измученная кляча. Пьяные голоса нестройно выводили песенку с разухабистым мотивчиком.
- О, глядите! – из телеги высунулась морда, багровая от печеночного загара, - Никак баба!
Мясистый палец ткнул в сторону Ланьэр, тот судорожно вздохнул, шарахнувшись на обочину. В памяти всплыло последнее предостережение родственника слепого Высочества.
И юноша, сохранности задницы ради,  подобрал полы юкаты и припустил, куда глаза глядят. С непривычки хватило его ненадолго, однако и злосчастная компания и дорога скрылись из виду. Сирена решил забрести поглубже в лес, на опушке которого он оказался, и просидеть какое-то время там. Ох, зря он это сделал.
Уже десять дней кряду юноша плутал по лесу, по нескольку раз натыкаясь на одни и те же пеньки, поваленные деревья или ручьи, покрытые тонкой коркой льда. Жевал кислые ягоды, пил ледяную воду и клял свою излишнюю пугливость. Как же обидно – обойдя, наконец, кордоны дворцовой стражи и покинув свою золотую клетку, сгинуть в безвестности в лесной глуши. Ланьер зябко ежился и кутался в юкату, подол которой был сплошь изорван и испачкан. Волосы его спутались в пыльные колтуны. Эх, если бы в нем не текла студеная кровь сирен, выживающих в промозглом климате Академии, на берегах Хладного моря, давно бы уже заработал незадачливый беглец чахотку.
И все бы ничего, да только в последние несколько дней юноша стал чувствовать, что по его следам кто-то бредет. А ночью нет-нет, да и мелькнет в темноте пара холодных глаз неведомого преследователя. Сирена и до этого не мог забыться полноценным сном в этом Богами забытом месте.  Теперь он и вовсе бодрствовал ночами, только брел и брел вперед, ощущая, чужое присутствие.
И надо же было такому случиться – набрел на топь. Однако, юноша не столько испугался, сколько обрадовался такой возможности  избавиться от преследователя. Уж Ланьэр-то, разумное существо, проскочит по кочкам, а неведомый зверь, скорее всего, увязнет в трясине, а если вздумает обойти, то потеряет его след.
"Ох, зря я это затеял", - думал сирена прыгая от одного клочка сухой земли к другому, путаясь в полах юкаты. Не успел он пройти и половину болота, как подвернул ногу в очередном неловком прыжке и угодил прямо в зловонную жижу. Нога попала прямо в трясину. Топь стала стремительно засасывать свою жертву. Обреченный на погибель юноша цеплялся за клочок земли, что было сил, вот только ногу затянуло уже по бедро. Бывший наложник в панике заозирался по сторонам и увидел у края болота тень зверя, все еще скрывающегося в чаще леса и не решающегося ступить в гнилую землю. Похоже, это стало последней каплей для измученного беглеца. Он что было сил завопил:
- ПОМОГИТЕ!
Ответило ему эхо. Отчаявшийся Ланьэр закричал что-то бессвязное, из глаз потекли слезы.  Такого тоскливого, безысходного страха он не испытывал еще никогда.

Отредактировано Ланьэр (2012-12-10 19:17:32)

41

Николас, Хор, собаки прицепом...

Его Высочество, старший принц Дагора успел, пожалуй, пожалеть, что вообще ввязался в эту охоту и высунул нос за пределы комнаты. Впрочем, он так часто жалел о подобном, что внутреннее и весьма паническое "большеникогда" сменялось разве что на "дачтобяещёраз!", а потом благополучно забывалось навсегда. Потому что в комнатах сидеть безопаснее, бессмысленнее и скучнее. Правда в этот раз вышло все же не так удачно: Николас с непривычки стер ногу, нахлебался воды сапогом в местном болоте, запутался и изрядно устал, - последний раз он был на пешей прогулке такой длительности.. разве что на Карнавале, но с проводником, паузами и мощеными улицами. Сейчас же под ногами были какие-то кочки, палки, ветки и приходилось посекундно хвататься за Хора, за то, что Николас считал Хором, и за то, что под руку попадалось, когда Хора не оказывалось рядом - откровенно говоря принц считал, что охота будет конной... - на пешую погоню за кабаном он попал в первый и, похоже, последний, раз. Собственно, Николаса спас кабан - им удалось его добыть как раз тогда, когда слепой принц был готов абсолютно пасть духом, наступить себе на гордость и попроситься домой.. где бы этот самый дом уже не находился. Комнаты уже не казались такими невообразимо уныдыми - в них было сухо! тепло! и постель!
Наверное только поэтому, да еще оттого, что оступишись, провалился почти по колено и отвлекся от собственной усталости - только потому Николас услышал.. нет, не крик, но эмоцию, соответствующую умопомрачительной панике. Направление было достаточно очевидным и еще через несколько минут Хор и часть собак, оставив принца немного отдохнуть и прийти в себя (заодно и добычу постеречь), понеслись по местным топям.
В отсуттвии немощных участников охоты процессия заметно ускорилась и скоро, очень скоро до незадачливого болотного утопленца донеслось басовитое взгавкивание косматых псов и энергичные проклятия Рихора - лезть в самую топкую топь ради незнамо чего не хотелось ни ему, ни "собачкам" - вместо "руки помощи" под бок Ланьеру ткнулась метко брошенная палка, почти полено, привязанная к крепкой - на кабана рассчитанной - веревке.
- Эй, там! Ты! Хватайся, коли жить охота!


Вы здесь » Последний Шанс » Архив Дагора » [05.12.1439] Неприятное пробуждение