Последний Шанс

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Последний Шанс » Архив Дагора » Улицы города


Улицы города

Сообщений 121 страница 133 из 133

1

http://fc01.deviantart.com/fs12/i/2006/287/8/a/Castle_Combe_Villiage_by_TheRuneKeeper.jpg
Как уже говорилось, чем ближе к замку, тем чище и ярче улицы. В самом отдалении они серые, и гулять одному там опасно, всякие разбойники могут обитать.

121

Хьюберт
   Он не понимал, что происходит, пытался противиться, но желание было сильнее него. Во рту накопилась слюна, стекающая сквозь полуприкрытые губы и повисающая мутными каплями на подбородке. И, когда наконец, добыча была поймана, виконт возликовал, впиваясь как можно сильнее. Ткань его не волновала, не было времени избавиться от неё. А там, под ней, было тёплое, сочное мясо.
   Однако газель оказалась сильнее короля зверей. Не лев, львёнок, решил помериться силами с бывалой, сильной газелью. И, получив копытом в голову, отлетел на пару метров, в грохотом впечатавшись в ящики. Но подобное не могло оставить гвардейца. С привитым ещё в казармах упорством он снова и снова пытался заполучить желанный кусок плоти. О, как давно он не желал столь страстно!
   Но перед ним была эта преграда, этот кусок металла, который оказался непреодолимым. Утробно рыча, всё ещё понимая, почему нельзя приближаться к вооруженному человеку, Морис застыл, провожая спасителя тяжелым взглядом. Что ж, иногда утопающих лучше оставить в море.
   Желание подступало к нему, перехватывая дыхание, отпуская едва ли на пару секунд, за которые только и можно было – выхватить порцию воздуха. И снова, снова желать.
   Только неудавшийся ужин скрылся с глаз, Морис почувствовал облегчение. Он мог дышать, мог контролировать себя. Мог мыслить. И первая мысль, которая пришла ему в олову: Какого Мблока?!

Отредактировано Морис Бенуа (2012-10-21 11:19:54)

122

Морис Бенуа
Хьюберт вышел из склада в грустном состоянии. Его одолевали тяжелые думы о его работе солдата. Он помнил инструкцию – «При невозможности получения приказов в чрезвычайной ситуации защищайте свою честь и свою страну». Он думал, не считается ли то, что он вот так вот действует, прячась и укрываясь, за дезертирство или позор? Однако в голове выросли следующие доводы. Я не предаю родину. Единственный человек, которого я могу сейчас спасти – я сам. Тому парню я ничем не могу помочь. Сейчас улицы полны ходячих мертвецов, пытаться уничтожить их всех – глупость, надо по идее сделать какой-нибудь ритуал или еще что-то подобное. В данном случае остается один вариант – пережить все это. И самый разумный способ покинуть город на время.
С такими мыслями он прошел до окраин города. Удобно путешествовать по городу в одиночку. Знание помогает выбирать рискованные маршруты, делать безумные пробежки. Хьюберт даже пару раз забрался на крышу, чтобы срезать путь. Однако все его умение и знание улиц города не спасло от очередной встречи с зомби. Три монстра толкались на улице и, прежде чем солдат успел свернуть в переулок, заревели и побежали в поисках свежей живой плоти. Хью так и продолжал бегать с обнаженной шпагой и потому даже не раздумывал, как победить трех мертвецов. Встав в стойку уже который раз, он аккуратно делал выпады, не размахивая руками почем зря. Он уже привык к монстрам, надо всего лишь обездвижить их. Несколько выпадов, проделавших дыры в гнилых сухожилиях заставили монстров упасть на землю, рычащих от бессильной злобы. Оглядевшись, Хьюберт увидел пустую таверну. Видимо здесь были монстры, и они распугали всех людей или съели их.
Войдя в таверну, Сайскинд не стал осматриваться, а поспешил в погреб. Это ему помогло, потому что со второго этажа доносилось какое-то приглушенное рычание. Забравшись вглубь подвала, Хьюберт нашел пустой мешок и начал набивать его припасами. Сушеное мясо, сухари,  сушеные фрукты. Несколько фляг с водой и пара бутылок вина – Хьюберт не мог представить, как он будет сидеть в лесу все время трезвым. Быстро покинув таверну, солдат заспешил к стенам города, надеясь, что он не забыл, как выходить из города.
Если основным входом были главные ворота, то выходов было несколько. Однако о них знало не очень много людей. В основном, потому что эти выходы предназначались либо как черные ходы для осады или еще тайные способы покинуть город. Их показывали стражникам и солдатам, прошедшим проверку на патриотизм, среди которых был Хьюберт. 
Система была довольно сложной – сначала это была дверь, у которой был спрятан недалеко ключ. Дверь открывалась только с этой стороны, со стороны туннеля ее открыть было невозможно. Она также была самозапирающейся. Дальше был длинный туннель с замаскированным выходом в лесу. В начале туннеля был рычаг, который надо было опустить. Если этого не сделать, то при попытке войти туда, можно было легко обрушить туннель. Рычаг тоже вставал на место через какое-то время, за которое надо было полностью пересечь туннель.
Хьюберт быстро нашел ключ, отпер дверь, и, распахнув ее, спрятал ключ на место. После чего он быстро вошел и дождался ее закрытия. Вокруг был абсолютный мрак, не было видно вообще ничего. Основываясь на зрительной памяти, он нащупал рычаг и потопал, ведя рукой вдоль стены, чтобы не удариться на каком-нибудь повороте.  За несколько минут он оказался у выхода. Выбравшись, он пошел в лес, планируя найти хоть кого-нибудь, кто может помочь ему.
->Лес

123

Сакарья Лучезарный

[float=left]http://s1.uploads.ru/dcGrZ.jpg
[/float]
Сакарья Лучезарный
Можно ли с первого взгляда определить, что существо сие является помесью лепрекона и феи? В любом случае, это так. При обределённом освещении и с определённого расстояния, его можно даже спутать с ребенком. Да, видно так и есть, если только Вас не смущает орнамент ветвящихся по телу шрамов, то и дело иногда выглядывающих из-под одежды.
Сакарья Лучезарный. Так его называют некоторые из тех, кому непосчастливилось с ним познакомиться. Нет, дело вовсе не в слегка сияющих волосах оставленных по наследству матерью, дело в улыбке. Редко когда сходящей с его лица улыбке, в которой проглядывают одновременно и неподдельная искренность, и щемящая пустота. Пустота, скрывающая мрачное прошлое, которое мало кому открыто. Пустота, скрывающая разочарование в Богах. Пустота, скрывающая душу того, кто перешагнул черту.
Он странный, шепчутся у него за спиной. Вряд ли Вы когда-либо встречали кого-либо ещё более сумасшедшего. И самое странное в нём то, что он действительно хочет сделать каждого в этом мире счастливым. Это вполне нормально, «хотеть», но он «делает». Вот что самое ужасающее.

Бу-у-у-у-бух. Огромное облако из пыли и снежинок поднялось прямо посреди злосчастного помещения склада.
И помыслил только он: да будет свет. И стал свет. И озарило его солнце. И увидел он свет, что он хорош, и отделил он свет от тьмы. И всё бы хорошо, да вот только спина раскалывалась после падения с пятого этажа и удара сначала с крышей, а потом и с каменным полом.
Невысокого роста незнакомец выглядел довольно молодо, и необычная яркость его внешности могла навести на мысль о нечеловеческих корнях. Одет он был в какие-то разношерстные красно-оранжево-белые одеяния, словно с какого-то карнавала свалился. Довольно длинные волосы немного сияющие золотом только дополняли его и без того уже через чур яркий образ, лишь немного запачкавшийся в пыли.
Красные глаза непонимающе уставились вверх, разглядывая очертания пробитой в крыше дыры, которая была почти идеально круглой. Выхватив, наконец, на фоне пару силуэтов, нежданный гость крикнул куда-то в пустоту:
- Ну что? Теперь вы довольны? Ну же, улыбнитесь!
Но в ответ послышалась только пара шлепков. Пара шлепков мяса о камень, мяса, упавшего с большой высоты. Ещё пара камней отвалилась от крыши, принеся с собой скелет с нанизанным на него тухлым мясом, а также нечто, что, вероятно, когда-то было ногой его друга. Не заставил себя ждать, появившись, и второй. Ну, как появившись, - сползая с потолка и беспомощно мотыляя обрубком ноги. Взглянув в безумные глаза зомби, обладатель сияющих золотом волос лишь вздохнул и щёлкнул пальцами правой руки, мысленно активируя расовый дар его предков - иллюзию. Как по мановению, мертвецы взглянули друг на друга и с огромным упоением бросились друг на друга, смакуя каждый оторванный от товарища кусок и даже не вспоминая о полукровке. Поднявшись на ноги, алхимик воодушевленно зааплодировал.
- Ну вот, теперь все счастливы! Ура! Можете меня и не благодарить... хотя нет, улыбнитесь хотя бы, живо!
Сакарья бы так и хлопал, если бы что-то его внезапно не насторожило. Это трудно было объяснить, но что-то в окружающем звуковом фоне выбивалось из предполагаемых рамок. Он медленно повернулся и заметил валявшегося в груде ящиков человека, пристально наблюдавшего за ним. Человека ли? Вопрос был очень уместен, но что-либо предполагать было трудно. По порванной одежде и пятнам крови можно было легко судить, что здесь он явно не просто отдыхает.
- Приветики! - после затянувшейся паузы непринужденно произнёс Кари, улыбнувшись во все свои 32 зуба самой что ни на есть добродушной улыбкой.

Отредактировано Narcissus Noych (2012-10-19 12:48:58)

124

Сакарья Лучезарный

   Ему было тяжело это – снова ощущать рядом живого и не пытаться наброситься. Едва отпустившее желание возвратилось вновь, и теперь каждый мало-мальски тёплый и мясистый превращался в ходячую аппетитную отбивную с панированной корочкой и манящим облачком пара над головой. Но виконт держался – съедение ребёнка он себе никогда бы не простил.
   Морис пожирал фигуру глазами, благо, она пока не заметила нежданного зрителя. Маленькая аппетитная котлетка, от которой с уголка губ стекала слюна, а руки делали непроизвольные хватательные движения. Картинка разодранной детской спины, мяса на ребрышках несколько дурманила сознание. Но, всё же, разум оставался – какие-то крупицы, которые позволяли сдерживаться. Виконт никак не мог понять, что с ним происходит, у него просто не было времени, чтобы подумать, будто его спаситель ушел всего несколько мгновений назад, хотя прошло не менее получаса. Может, это был единичный порыв и скоро всё закончится? Алхимики напутали в лабораториях, и был какой-то магический выброс? На подобное объяснение, конечно, надеяться не стоило.
   Но вот ребёнок решил обратить внимание на Бенуа. «Нет…нет!» Желание усиливалось пропорционально слюноотделению, даже сил прибавилось непонятно из каких резервов, конечно. Морис поднялся, медленно, шатко, держась и опрокидывая ящики, не обращая внимания на налипший на волосы снег. Его затуманенные глаза смотрели сквозь мальчишку – он пытался отвлечься от него. Но этот аромат, как от жаренной со специями курицы. О, как он желал!
   Попеременно сглатывая, даже не пытаясь вытереть мокрую дорожку на подбородке, виконт приблизился к ребёнку и, прежде чем ухватить того за руку с ясным намерением укусить, простонал: «Помоги мне…» – и клацнул зубами по руке.

Отредактировано Морис Бенуа (2012-10-28 11:24:22)

125

Эреш Амельн

- Ну… Вы можете рискнуть. Я оценил бы ваши шансы как один к… - бровь Хлаани изогнулась, иллюстрируя работу мысли ломаной чертой, - пяти десяткам. Стоит ли кофейник риска?
Нескольких глубоких складок по бокам от рта напоминали трещины во фьордах. От сознания того, что этому пройдохе предстоят такие же лишения (по крайней мере, материальные издержки) сделалось теплее, но симпатии к Эрешу не прибавилось.
- Итак, вы «местный» и чисты душой, что не мешает... может, даже помогает вам в…
«О, Боги, как же холодно», - те патетические паузы, которые эффектно разбивали предложения Хлаани, не имели никакого отношения к риторике и возникали от того, что зубы Малагдера начинали отбивать чечетку.
- …в деле оживления немертвых? Значит, вам и упокаивать под силу?
В части судьбоносных встреч Хлаани был экспертом, и в сложившейся ситуации знакомство с этим типом выглядело знаменательно. (Последний месяц Малагдер был склонен принимать любую пакость за подарок или символ покровительства Татеса; если бы он этого не делал, можно было бы завыть от безысходности, а увидав у входа в город «очередь» и зомби, развернуть свои стопы и броситься с тех самых фьордов прямо в серое бушующее море.)
- Как вы полагаете, - он встал, критически взглянув на импозантную макушку эльфа, - мы похожи на охотников на нежить?
Следует сказать, что, несмотря на общую обтрепанность, два темных эльфа представляли угрожающее зрелище, и львиной долей образа являлись выражения их лиц: счастливо-садистический оскал блондина и надменно-бессердечные глаза брюнета.
- Раз уж вы застряли в городе, а мой знакомый не явился и, возможно, съеден обстоятельствами, может быть, составите компанию не менее добропорядочному обывателю? – конечно же, Хлаани подразумевал себя. И, да, он был уверен, что узнал кианца и харизматичный шрам во всю физиономию. – Бывали во дворце? – он повернул на улицу, предоставляя позаботится о зомби некроманту. – Значит, побываете.

Отредактировано Малагдер Хлаани (2012-10-22 18:57:12)

126

Покуда Хлаани выцеживал порции разоблачений, Эреш лишь благосклонно щурился и задумчиво покачивал головой, словно переспрашивая: «я? В самом деле?». Думал он при этом о возникшем затруднении с отбытием: планы на день были безнадежно загублены, и…
Вот теперь он посмотрел на наемника со вниманием, и внимание это было похоже на крючок, которым через полость носа извлекают мозг. В самом деле, внутри гармоничнейшей, в самый раз на кубок, черепной коробки бродили крамольные мысли! С одной стороны, это заставляло призадуматься об улучшении средства против охочих до мозговой ткани червей, с другой – начать опасаться, что ценный экземпляр почит в бозе еще до обеда, чего никак нельзя было допустить.
Но… во дворец, серьезно? Туда, откуда мы в данный момент отходим подальше, верно, Эреш, дружище?
- Отчего бы и не составить, - услышал он свой глумливо-покладистый голос. – Надеюсь только, что ваш план не состоит в том, чтобы сдать меня властям как возможного соучастника этого… - он поскреб ногтем переносицу, - безобразия. Ах, нет, это было бы одноразовым пропуском, а вы, прелесть моя, кажется, настроены прижиться.
С таким же успехом можно было бы предположить, что наемник собирается, скажем, убить короля, но это было бы совсем невежливо. В сущности, Амельну было плевать на его устремления; в силу глубокой аполитичности (и беспринципности) он мог благословить любую крайность, от радикальной революционности до закоснелого монархизма. Что и намеревался сделать. Двигаясь на полкорпуса позади Хлаани, маг напоминал паразита, нашедшего любимый источник питания: теперь мы вместе, и только твоя смерть разлучит нас.
«Не раньше и не позже определенного мною времени».
- Итак, - Эреш, подсказывая путь, ткнул утяжеленным концом посоха в ответвляющийся и уходящий вверх переулок, – утолите мое праздное любопытство: зачем мы это делаем?
Впереди, над крышами домов, в дымном от костров зимнем небе высился силуэт стобашенного замка Мэйн. На соседней улице кричали. Судьбоносную встречу можно было считать состоявшейся.

переход ко Главному входу в Замок

127

Сакарья Лучезарный

[float=left]http://s1.uploads.ru/dcGrZ.jpg
[/float]
Сакарья Лучезарный
Можно ли с первого взгляда определить, что существо сие является помесью лепрекона и феи? В любом случае, это так. При обределённом освещении и с определённого расстояния, его можно даже спутать с ребенком. Да, видно так и есть, если только Вас не смущает орнамент ветвящихся по телу шрамов, то и дело иногда выглядывающих из-под одежды.
Сакарья Лучезарный. Так его называют некоторые из тех, кому непосчастливилось с ним познакомиться. Нет, дело вовсе не в слегка сияющих волосах оставленных по наследству матерью, дело в улыбке. Редко когда сходящей с его лица улыбке, в которой проглядывают одновременно и неподдельная искренность, и щемящая пустота. Пустота, скрывающая мрачное прошлое, которое мало кому открыто. Пустота, скрывающая разочарование в Богах. Пустота, скрывающая душу того, кто перешагнул черту.
Он странный, шепчутся у него за спиной. Вряд ли Вы когда-либо встречали кого-либо ещё более сумасшедшего. И самое странное в нём то, что он действительно хочет сделать каждого в этом мире счастливым. Это вполне нормально, «хотеть», но он «делает». Вот что самое ужасающее.

Ворох красок на мгновение замер. Мгновение, достаточное для вдоха и одного взмаха по-детски длинных ресниц. После этого краски снова вздрогнули, засияли – Кари легким движением руки смахнул золото волос с красных глаз, чтобы лучше рассмотреть распростертого на земле человека. Он уже давно забыл о тех, кто остался за его спиной. Они были счастливы, жаль, только не улыбались. «Почему все перестали улыбаться?!» - этот вопрос давно мучил Сумасшедшего, но он старался все исправить, старался изо всех сил.
С лица медленно стала сползать улыбка, уступая место удивлению. Молодой человек встал и потянулся к Кари с тихим стоном «Помоги мне»… Внешность обманчива. Такому уроку Сакарья невольно учил полузомби. Можно выглядеть ребёнком, вести себя как идиот, но при этом быть гением. Жаль лишь, что вряд ли бы этому существу хватило мозга осознать это сейчас. В тот момент, когда иллюзорный двойник Кари растаял в воздухе, новоиспеченный кандидат в зомби грохнулся прямо на каменный пол, не в силах противиться силе энерции, потянувшей всё его тело к земле. В то время, как Сакарья преспокойно наблюдал за юношей из-за спины, презрительно склоняя голову чуть набок.
-Какой ты невежливый! - Лучезарный немного расстроился. Он со всей душой, а ему даже рукой не помахали. Неужели так трудно улыбнуться и сказать что-то в ответ?
-Тебя мама не учила здороваться? – на том вступительная часть лекции по хорошему поведению была окончена. Безумие вокруг нарастало, нарастало стремительно, так, что даже Кари становилось неуютно. Ведь не так уж приятно не быть единственным сумасшедшим в округе, а видеть, как весь Дагор потихоньку сходит с ума.
Впрочем, свою обиду Кари быстро забыл. Он радостно подпрыгнул, придумав, что можно сделать. От этого движения краски на одежде будто перемешались. Все-таки, жалость была сильнее невежливости, а потому Лучезарный вытащил откуда ни возьмись большую тряпку и, не долго думая, скомкал ее и стал вытирать слюну на подбородке Мориса с самым участливым видом. Правда, при попытке его укусить, сия тряпка хорошо превратится в кляп и заткнет рот до тех пор, пока Кари не придет в голову что-то еще. И не его проблемы, что тяжело дышать и вообще.
-Ты хуже ребенка! Слюни пускаешь, здороваться не умеешь. Что, вырос в этих ящиках? – расстроено поинтересовался, но улыбка больше не пропадала.
- Ну и скажи мне теперь, где твои мозги? Пропил всё? Иль есть ещё надежда, а? Как много ты готов отдать за то, чтобы снова мыслить? – алхимик внимательно осматривал искалеченную руку, думая о том, действительно ли молодой человек сможет обрести хоть толику счастья, если выживет и сохранит рассудок.

Отредактировано Narcissus Noych (2012-10-30 22:39:24)

128

Иллюзия – не самая безобидная разновидность обмана, а виконт обмана не переносил и не прощал. Можно представить, как он разозлился, клацнув зубами по пустоте. Виконт рухнул на землю, скрепя зубами, ударив нос и не вовремя подставленные руки. Всё-таки сопротивляться голоду было довольно сложно. «Галлюцинации?» - удивление. Хотя чему удивляться? Скоро от разумного существа останется жаждущее чужой плоти тупое чудовище.
   Однако пока Морис поднимался, иллюзия возникла вновь. Её можно было принять за духа, но Бенуа не покидало ощущение, что с ним играют, как с подопытной мышью. И, к тому же, как она оказалась в нескольких шагах? Как успела отскочить? Ребёнок был довольно бойким и слишком уж реальным – так и хотелось цапнуть вновь. «А у детей мясо мягче…» Он не мог себе этого позволить – он будет ненавидеть себя всю оставшуюся жизнь, благо не такую и длинную.
   Не подходи… – Морис боролся с желанием, вжимаясь в ящики, но не в состоянии оторвать глаз. Плоть была так близко, сочная теплая плоть, которой самое место в чреве мертвеца. На мгновение Морису почудилось, что он и впрямь стал мертвецом – сердце молчало слишком долго, но после едва заметные удары развеяли сомнения. Он жив, до сих пор жив.
   Вновь появившаяся иллюзия была не только надоедливой, но и попросту глупой. Она сама лезла прямо в рот к Морису, даже подбородок тряпочкой вытирала. Чтобы удобнее было кушать, вероятно. И говорила, говорила. Глупая иллюзия, влюбленная в собственный голос! «Она не настоящая, но тогда почему же…» Он снова потянулся к руке, которая вытирала его слюни, перехватив её и дёрнув на себя. Он её достанет, во что бы то ни стало, достанет.

129

Сакарья Лучезарный

[float=left]http://s1.uploads.ru/dcGrZ.jpg
[/float]
Сакарья Лучезарный
Можно ли с первого взгляда определить, что существо сие является помесью лепрекона и феи? В любом случае, это так. При обределённом освещении и с определённого расстояния, его можно даже спутать с ребенком. Да, видно так и есть, если только Вас не смущает орнамент ветвящихся по телу шрамов, то и дело иногда выглядывающих из-под одежды.
Сакарья Лучезарный. Так его называют некоторые из тех, кому непосчастливилось с ним познакомиться. Нет, дело вовсе не в слегка сияющих волосах оставленных по наследству матерью, дело в улыбке. Редко когда сходящей с его лица улыбке, в которой проглядывают одновременно и неподдельная искренность, и щемящая пустота. Пустота, скрывающая мрачное прошлое, которое мало кому открыто. Пустота, скрывающая разочарование в Богах. Пустота, скрывающая душу того, кто перешагнул черту.
Он странный, шепчутся у него за спиной. Вряд ли Вы когда-либо встречали кого-либо ещё более сумасшедшего. И самое странное в нём то, что он действительно хочет сделать каждого в этом мире счастливым. Это вполне нормально, «хотеть», но он «делает». Вот что самое ужасающее.

Ох уж этот пациент. Он совсем не понимал, что ему надобно просто сидеть, молчать и держаться жалостливого вида. Не подходить? Да запросто. Что, собственно, Сакарья и сделал, предусмотрительно отпрянув от шатающегося, который был словно перепивший крепкого эля посетитель местного трактира, полузомби. Это было не гегиенично. И не стерильно. Подставлять свою видавшую виды тушку под зубы этого подгнивающего существа. Кари уже успел достаточно изучить эту распространяющуюся по городу заразу, чтобы совершенно ясно понимать, что ситуации заражения произойти никак не должно, ни при каких условиях.
Отпрянул. Отступил? Нет, не совсем. Рука опытного алхимика мелькнула за пазуху и не глядя метнула извлеченный пузырек с зеленой жидкостью в одну из пока ещё уцелевших стен. Зеленое зелье растекалось по каменной стене, шипя и извиваясь. Как раз в то время, когда зараженный сделал очередной неуверенный шажок навстречу, неуверенный и опасный, медлящий и смертоносный. Как раз вовремя. Как раз в тот момент, когда алхимик подался вперед, и ударил со всей силы приближающийся потенциальный кусок мяса в бок, вполне возможно, сломав пару ребер. Но это все не так важно как то, что нападавшая жертва угодила прямо в липкоe зелье, намертво прилипнув к стенке. Конечности ещё кое-где болтались, норовя оторваться и вырваться на свободу, но пара точных ударов осколками ящика помогли поставить их на место. Ещё минута - и улыбающийся юноша умудрился залить зелье замедляющее обмен веществ в глотку полузомби, это должно было замедлить превращение и притупить проснувшиеся в нем всепожирающие инстинкты.
- Ну и что же мне с тобой делать? Донор? Где? - восклицал полукровка, недовольно глядя на урчащего полузомби, когда его взгляд медленно переполз на ещё одну парочку, присутствующую в здании с огромной дырой в крыше. Один из них как раз доедал другого, бедное тело которого осталось без головы, мирно укатившейся в темный угол и затерявшейся среди обломков из камня. Зомби-победитель будто заметил, что за ним наблюдают и посмотрел в сторону Кари. Прыжок и алхимик оказался около зомби, на лице которого виднелась блаженная улыбка - Сакарья не мог не улыбнуться в ответ. Правда, ещё момент - оценивающий взгляд, и счастливую голову пришлось оторвать от тела. Слишком уж ценным оказался материал. Кари преспокойно водрузил на плечо дважды бездыханное тело и подошел поближе к прилипшей на стене жертве грозящего состояться сумасшедшего эксперимента.
- Надеюсь, ты хотя бы сердиться на меня не будешь, - как-то, кажется, обреченно произнес полукровка. После этого он преспокойно достал откуда-то из-под полов своего платья как-то нож с довольно длинным лезвием и начал увлеченно отрезать от тела зомби левую руку пониже плеча. Руку, которая при ближайшем рассмотрении могла оказаться вполне себе живой, или, как минимум, не зараженной. Совпадение, или... что за Мблоковщина?

Отредактировано Narcissus Noych (2012-11-08 11:49:31)

130

=> Лавка "Полынь и ковыль"

Последние слова ударили, будто молот по ногам, выбивая опору. Единственный раз в жизни, она захотела позаботиться об этих существах. Единственный раз в жизни, попытаться помочь, взять ситуацию под контроль и все успокоить но… Ощущение того, что об Кару вытерли ноги, заодно поплевав в душу и нагадив под порог, не покидало василиска. Она просто стояла и молчала, опустив голову. В душе разгорался лютый гнев и ненависть. Да кто они такие, что бы так себя вести? Как будто она чем-то им обязана. Кара могла сказать многое, но она молчала, пытаясь сдержать себя от вспышки гнева.. Именно тогда слова Альберта помогли, она вышла из лавки в след за ним, оказавшись на улице. Поравнявшись с проклятым, она просто молча шла тяжелой поступью. Сапоги подбитые железом гулко цокал о брусчатку, где-то слышались крики, шум. Однако Гадюка не рвалась туда, не спешила на помощь. Кого-то грабят? А ей какое дело? У неё смена закончилась, да и заем? Опять за попытку помочь ей плюнут в душу. Она была жутко зла, настолько, что даже ни слова не обронила, да и не глядела на Альберта. Только стук сапогов о мостовую и ночная «тишина».  Однако идти так долго не получалось, раздражение и обида молчать не давали.
- Ну вот и куда ты прешь? – зло проговорила она, смотря на своего попутчика. –куда направляешь. Что ты вообще хотел от меня, если у тебя есть славная Мика, которая на все способна одна? А? – взгляд змеиных глаз буквально впивался в фигуру бывшего человека. От обиды становилась горько, василиск внезапно почувствовала себя брошенной и ненужной. Действительно, кому нужно она, если есть Мика? Добрая, красивая, домашняя. А она… Да что она? Не слишком хороша характером, судя по «разговорам за спиной» злая и склочная стерва. Кому она, черт возьми, нужна кроме ушастого и Альберта? А судя по тому, что её ушастый друг мертв, а Альберту, видимо, она без надобности больше….
Кара резко остановилась. Зло глянула на проклятого.
- Скажи мне, мы ведь знакомы давно, так? Скажи.. Я ведь, по сути, уже тебе не нужна, не так ли? – взгляд был направлен на Альберта, но смотрел, будто через него. Все-таки странные мысли лезли в усталую не выспавшуюся голову Кары. Но что поделать, обида, страх, волнение, усталость. Все это порой рождало в сознании ужасных монстров, которые так и хотели добраться до чужих душ, разорвав и их в клочья.

Отредактировано Кара (2013-01-02 15:46:22)

131

Narcissus Noych

  Скорость  движения мальчишки выходила за грань восприятия, оставляя после протянутой руки с десяток таких же. Голова пошла кругом, пронзённая резкой болью, пришлось за неё схватиться, чтобы не ушла окончательно. Однако она, видимо, запланировала большое путешествие, поскольку немедля потянулась куда-то в сторону. (Потянулась, стало быть, за рёбрами, которые даже от удара болели меньше. Даже надтреснутые.)
   Липкое нечто не отпускало, а боль становилась невыносимой, кажется, никогда прежде виконту не доводилось испытывать такой боли. Он рванулся раз, второй, третий и всё не оставлял попыток, пока его не скрутило болезненной судорогой. Рёбра саднило, в голове перманентно взрывалось, в глазах то и дело темнело, грозя обмороком.
  По рукам и ногам, как какую-то куклу! Меня! Гвардейца!
  В горло полилось что-то мягкое и обволакивающее и начало нещадно холодить, отчего волосы на всём теле встали дыбом. Дыхание сделалось тяжелым, и с каждым выдохом изо рта вырывалось облачко холодного пара, будто Морис решил пробежаться в мороз.
   Наблюдать в таком состоянии за ситуацией было проблематично, как и улавливать смысл слов. Сейчас Мориса больше занимало своё состояние – он всё думал, можно ли с помощью врожденного дара заставить остановиться заразу. Тщетные, жалкие попытки. Что он, в сущности, мог? Просить о помощи этого мальчишку?
   Отрезаемая мальчишкой рука весьма заметно дёрнула пальцами, будто самая настоящая, живая. Может, ей натерпелось?

Отредактировано Морис Бенуа (2013-02-01 12:21:41)

132

Сакарья Лучезарный

[float=left]http://s1.uploads.ru/dcGrZ.jpg
[/float]
Сакарья Лучезарный
Можно ли с первого взгляда определить, что существо сие является помесью лепрекона и феи? В любом случае, это так. При обределённом освещении и с определённого расстояния, его можно даже спутать с ребенком. Да, видно так и есть, если только Вас не смущает орнамент ветвящихся по телу шрамов, то и дело иногда выглядывающих из-под одежды.
Сакарья Лучезарный. Так его называют некоторые из тех, кому непосчастливилось с ним познакомиться. Нет, дело вовсе не в слегка сияющих волосах оставленных по наследству матерью, дело в улыбке. Редко когда сходящей с его лица улыбке, в которой проглядывают одновременно и неподдельная искренность, и щемящая пустота. Пустота, скрывающая мрачное прошлое, которое мало кому открыто. Пустота, скрывающая разочарование в Богах. Пустота, скрывающая душу того, кто перешагнул черту.
Он странный, шепчутся у него за спиной. Вряд ли Вы когда-либо встречали кого-либо ещё более сумасшедшего. И самое странное в нём то, что он действительно хочет сделать каждого в этом мире счастливым. Это вполне нормально, «хотеть», но он «делает». Вот что самое ужасающее.

Он был весь в крови, но материал был неплох. Видно было, что ещё утром "бегал". Закончив с отрезанием руки у зомби, Сакарья перевёл взгляд на молодого военного, висящего на стене. Он трепыхался, словно задыхающаяся рыба, пойманная рыболовной сетью. Нет-нет-нет. При таком раскладе проводить кропотливую операцию крайне накладно. Кари словно по вошебству достал из-за пазухи очередную склянку с непонятной жидкостью. Алхимик лишь протянул руку, схватил ещё живого молодого человека за горло. Грубое, но необходимое движение.
- Ну что ты? А? Я же вижу, что ты хочешь жить. Я тебя спасу. Ведь счастье мертвеца не так полноценно... - Сакарья, вовсе не выглядевший сейчас Лучезарным, вздохнул, - Хотя иногда не остается ничего лучшего, чем подарить хотя бы его. Но мы ведь... не гонимся за синицей в руке, правда?
Рот пациента никак не хотел открываться.
- Какая замечательная аллегория... в руке, хи-хи-хи... - этот вызывающий дрожь смех.
Легкий, но точный удар в солнечное сплетение - так, видимо лучше.
- Ну что же ты, давай. За маму, за папу... Тебе сразу полегчает.
Иногда грубой силой можно много достичь. Свои плоды она принесла и сейчас. Половина мутноватой белой жидкости пролилась на грудь молодому человеку, но даже капли хватило бы для того, чтобы усыпить взрослую кобылу на сутки. Судя по всему, хватило и на умирающего.
- Баю-баюшки баю... - мило улыбаясь, было начал петь отпрысок лепрекона и феи, но вовремя остановился: пациент уже спал...

***

То, что происходило дальше, Сакарья постарался вычеркнуть из своей памяти. Мало того, что это было незаконно, являясь по сути живой алхимией (а вдруг, его поймают и начнут промывать мозги?), так это было ещё и одним из профессиональных провалов юного алхимика, который был никем иным, как одним из эстеморо. Он ещё долго плакал и убивался по этому поводу. Почему? Всё просто. Нет, дело вовсе не в том, что он не спас молодого человека. Мало того, он даже пришил ему вместо его правой зараженной руки здоровую руку бывшего некогда оборотнем-белкой зомби. Но даже это не самое комичное в этой ситуации. Кто-то мог вероятно подумать о том, что рука эта могла не прижиться или попросту не функционировать. Что ж, стопроцентно в своем успехе Сакарья уверен быть не мог, но он эффективно проделал чрезвычайно кропотливую работу, и, как он думал, когда уходил, по крайней мере парочка пальцев должна была слушаться, после некоторого реабилитационного периода. Но нет, даже это было не самое страшное. Всё дело было в том, что волею случая отрезанная рука зомби оказалась левой, а зараженная рука пациента - правой. Да. Искать другие варианты было слишком поздно. Исход нетрудно представить. В какой-то момент эстеморо даже показалось, что смотрящий вниз большой палец на новой правой, будто перевернутой, руке его злосчастного пациента смотрится даже эстетично. Как бы то ни было, но ему не оставалось ничего другого, кроме как оставить молодого человека лежать на земле, перепачканного в крови и зеленой липкой жидкости. Но ведь, главное, что он остался жив, так ведь? Без слез не взглянешь. Именно поэтому, единственное, что оставалось Кари - скрыться с места преступления и загладить свою вину помощью кому-то другому, надеясь никогда больше не повстречаться с выжившим...

Отредактировано Narcissus Noych (2013-02-10 01:10:53)

133

Никогда не следует верить тем безумцам, которые уверяют, будто спасают вас. Нормальные руками работают, а не языком, а этот…
   Последнее, что помнил Бенуа – вязкую жижу, насильно вливаемую в глотку. Наглый мальчишка! Что он о себе возомнил?!
   Голова раскалывалась, словно гвардеец намедни крепко выпил. Пришлось держать её, родную, иначе никак не подняться. Вообще подняться было очень сложно, особенно учитывая недавнее состояние, но попытки следовали одна за другой, так что шансов у помошницы-стены не было. Правая рука как-то странно себя вела, как, скажем, левая. Но не может же быть у здорового мужика две левые руки? Вывихнул?
   Собирая кружащиеся вокруг головы звёзды, попутно пытаясь удержать подступающий к горлу комок недопереваренной еды, Морис-таки принял более-менее вертикальное положение и взглянул на руку. Обыкновенная левая рука, несколько зеленоватая и волосатая, но спьяну и не такое привидится. Затем настал черёд правой руки. Рука, как рука, сжимается в кулак, разжимается, пальцы чувствуются, только это натуральная левая рука. «ЧТО?!»
   Виновника поблизости не наблюдалось, как и вообще кого-нибудь живого – разве что крысы да тараканы.
   Он пытался убедиться, что рука просто вывихнута. Тщетно. Он пытался дёргать, щипать, трясти, даже бить её о стену. Тщетно.
      Сказать, что он был ошеломлён – не сказать ничего. Поганец! Мблоков выродок! Попадись мне на глаза! Только попадись!
   Шов гвардеец заметил не сразу – ну куда нам, до швов, дай грубой силушкой взять! Это теперь была его рука. Зеленоватого цвета, с черными курчавыми волосами, весьма поспешно пришитая толстыми желтыми нитками к плечу. Шов, кровоточил, чесался, поэтому было решено перевязать его оставшимся тряпьём – грязным, конечно, но хоть какая-то преграда для длинных гвардейских пальцев, которые так и норовили убедиться ещё и ещё раз.
   Шатаясь, он поднялся. Щенячьи глаза были красными то ли от слёз, то ли от усталости. И что теперь? Куда? Куда обычно ходят с такими проблемами?!


Вы здесь » Последний Шанс » Архив Дагора » Улицы города