Последний Шанс

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Последний Шанс » Архив Кёху » Коридоры


Коридоры

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

http://s41.radikal.ru/i093/1004/d4/9530602ee21b.jpg
Широкие и светлые коридоры. Чтобы в них запутаться, надо очень постараться.

2

Начало игры.

Гёджин. Первый советник Императора. Старый Лис, как его называли за глаза. Один из самых коварных (и потому опасных) обитателей дворца. О его покровительстве мечтали многие, особенно те, кому не светило внимание микадо. Но сам Гёджин был верен лишь лучшему своему другу - императору Фэн Ю, которого знал с детства. С детства императора, разумеется. Вообще-то, Гёджин годился в отцы даже матери своего друга, императрице Киао, но лишний раз об этом нигде не упоминал.
И вот теперь советник нервно расхаживал по коридорам дворца, перебирая в голове возможные варианты развития событий. По всему выходило неутешительно. Пропажа Императора чуть не свела старого дракона с ума. Но Гёджин сумел взять себя в руки и теперь рассуждал трезво. Необходимо как можно скорее выяснить судьбу микадо и вернуть его во дворец. А до той поры - жестоко подавлять любые попытки переворота и захвата власти другими лицами. От Дагора, как и от Академии можно ожидать любых сюрпризов. Если там узнают о пропаже Императора, это может послужить стимулом к решительным действиям со стороны городов.
От всех этих мыслей голова шла кругом. Сейчас необходимо успокоиться и взглянуть на вещи через призму холодного расчёта. На смену стихийным эмоциональным позывам придёт тщательно выверенный план, и творящаяся суматоха тут же потечёт по простому и понятному советнику руслу. Он снова обретёт контроль над ситуацией. Да, именно это ему сейчас нужно, контроль. Но прежде необходимо обрести контроль над собой. В этом Гёджину могла бы помочь страстная любовница. Или чайная церемония. А лучше - и то, и другое. Вот тебе, Старый Лис, задача номер ноль.
Вперёд, на поиски гармонии!

-------------> Кобальтовые покои

Отредактировано Ge Jin Zi (2012-06-08 19:25:55)

3

Начиная начало опять
Утро. Она поздно проснулась, до того головной болью мучимая, а после до рассвета не смыкавшая глаз после в краткий миг забытья явившегося кошмара, в котором Айно, милая, нежная Айно тянула руки костлявые и звала чужим голосом, хватая за длинный подол, слишком длинный. Не вырваться, не убежать, и только тонкие запястья в испуге взметнутся к лицу, прикрывая глаза, чтобы не видеть, чтобы хотя бы не видеть, и от жеста этого, неосознанно повторенного, от прикосновения ко лбу с криком проснулась она, встревожив служанок, уже так привычных к ночным видениям ее. Мрак тянет щупальца, мрак права свои предъявляет, а она, слабая, глупая, она не может ни защититься, ни противостоять ему, всеобъемлющему.
Мрак и темнота, то теплая и ласковая, то холодная, будто вода омута. Но откуда, откуда знать про омут ей, принцессе, только в горячую ванну погружающую тело. Пруды в императорских садах так манили маленькую Юминг, так тянуло, так звало с криком восторженным ворваться в них, веер брызг поднимая, всплескивая ладонями, но шаг ее был размерен, а взгляд не обращался даже к учителям и слугам, по пятам следующим, и ребенок перестал ребенком быть, едва родившись в своей семье, в доме отца своего и матери своей, властью и мудростью увенчанных.
Размышляя о мраке, она блуждала по коридорам, из северных к южным, чудом не встречая никого на пути своем, никого из тех, с кем заговорить приходилось бы, а слуги - не более чем тени, безмолвно из-под ног прыскающие, стоит лишь подойти ближе. Ближе. Он зовет ее, он хочет показать ей суть свою, только она не понимает речи, не умеет смотреть, заточенная в предрассудках и неведении, в тишине шелковых стен, в ядовитой купели. Мрак пропитывает дворец, и со смертью отца начало умирать все, на что взгляд падал, и если раненому из милости гниющую плоть отрубают, лишая конечности в обмен на жизнь, то что же здесь сделать можно, в бьющемся в агонии своего великолепия месте?
И когда советника увидела, навстречу идущего, поздно было нырять в боковые ветви коридоров, не пристало сиятельной бегство, и почти незаметная, почти ничего не выражающая, почти даже настоящая улыбка прилипла к красивым губам ее, пока она смотрела неподвижно на приближающегося мужчину, ни жеста, ни приветствия не начиная, ожидая очереди его.
Старый Лис. Старый-старый Лис, давно сбросивший драконью шкуру, чтобы обрасти густым мехом, каждый волосок которого хранит тайны разных лет.

4

Советник шёл по коридорам дворца лёгкой и стремительной походкой, как и всегда, впрочем. Он никуда не торопился, суеты не было и в помине, но ходил Старый Лис всегда словно стройный бриг, паруса которого наполнены попутным ветром. И как невозможно заставить ветер повернуть вспять, так и Гёджина отклонить от выбранного курса, если уж он его выбрал. Однако, сейчас курс советника был ещё неясен. Видна была лишь цель - сохранить страну и не утратить свою власть, лавируя в море придворных интриг, уклоняясь от подводных камней и рифов, приближаясь к заветной гавани.
Первая попытка проложить верный курс оказалась неудачной, и Гёджин пришёл к выводу, что мелководье явно не для его брига. Ему придётся пройти через узкий и коварный пролив, окружённый опасными отмелями. Но другого пути, по всей видимости, нет. Что ж, в таком случае свистать всех наверх!
Шаг советника замедлился в тон его мыслям, стал более мягким и осторожным. Предстоящие дела требовали сосредоточенности и холодного рассудка - поспешность действий ещё вчера сыграла с ним злую шутку. Завернув за угол, в очередном коридоре Старый Лис увидел принцессу Юминг, старшую из сестёр Фэн Ю. Девушка, очевидно, тоже заметила советника и остановилась, ожидая, когда он подойдёт. Хоть Гёджин и не планировал этой встречи сейчас, избежать её было уже нельзя. Советник приблизился к принцессе и учтиво поклонился.
- Доброе утро, химэ-сама! Не ожидал встретить Вас одну в этих коридорах.

5

Она уйти не успела, не успела свернуть, и на пути корабельном не скала выросла - нет, пена морская, хрупкая, легкая, но что скрывает буйная пена? Рифы, коварные рифы, и если опытный глаз не уведет брига от опасного места, быть ему частью пены морской, частью дна морского, рыбам на корм, русалкам на развлечение. Не шевельнется, не колыхнется шелк тонкий на плечах ее, не вздохнет морская волна ласковым полотном на бедрах. Тишина и безмолвие, эти стены тихи, даже если будешь кричать, даже если будешь звать на помощь и просить о ней.
Жесткое место. Прекрасное место. Так прекрасны хищные цветы, ядовитыми нитями своими хватающие беспечных бабочек и заживо переваривающие их, желудочный сок сладким соком заменяя, разрушающим, разлагающим. Пепел и тлен, горьковатый привкус беды и войны на пороге. Она молчит, она часто молчит, что сказать ей, права голоса решенной, давно уже списанной со счетов как разменной монетой. Поклон ее эмоций лишен и выверен годами, веками. Сколько практики было у принцессы, сколько раз спина склонялась в церемониальном приветствии, ни волосом ниже положенного, ни на волос не больше уважения, чем вынуждена. Покорность и кротость, тихое дитя, безмятежная прекрасная куколка фарфоровая, и темного шоколада цветом пряди соскальзывают по плечам на высокую грудь, пока она склоняет неторопливо спину, чтобы распрямиться ни секундой позже приличий.
Взгляд ее пуст, взгляд ее краток, взгляд ее не позволяет себе задержаться на мужчине, и пусть другом отцу и брату был этот высокородный, ей он никто, и к племени мужчин принадлежит, к тому редкому и оттого более страшному племени, которое может посягнуть на ее рук, на ее тело, но не на сердце ее, драконье, дикое.
- Но с кем же встретить меня ожидали Вы? - шелестом, шорохом. Речь принцессы тиха, но не боязлива, вопрос как будто робкий, но на дне, не на втором, не на третьем, на самом глубоком дне насмешка спрятана. Мужчины, смешные. Быть может должно мне в окружении женихов разгуливать или с артистами бродячими, чтобы не грустно было?
Она смотрит, она просто смотрит, не касаясь остриями зрачков его лица, она просто смотрит на него и мимо, словно сквозь, словно к себе вопрос обращен, а сама думает, думает, размышляя лихорадочно, что делать, что говорить ему, какие нити нащупать в Лисе, чтобы самой в силках не запутаться.
- Какие...новости? - полувздохом обрывая. Как будто может быть еще беда, как будто что-то еще может занимать ее мысли. Микадо. Пропал, пропал, ненавистный выродок пропал из дворца, и...о, Шаафсин великая, только она, только она и луна знают, как мечтает принцесса, как мечтает Юминг, чтобы брат не вернулся. Никогда.

6

Подойдя ближе, советник заподозрил, что принцесса чем-то взволнована. Нет, ни один мускул не дрогнул на её лице, ни тени страха или смятения не мелькнуло в прекрасных янтарных глазах, и чувственные губы, такие яркие на жемчужном лице, не шелохнулись. Она поклонилась выверенным, давно вошедшим в память тела, движением. В этом поклоне не было ни подобострастия, ни надменности, ни расположения, ни ненависти - ничего. Абсолютно сухим и лишённым эмоций было совершённое действие. Гёджин невольно залюбовался этим сокровищем дворца, глядя, впрочем, чуть в сторону и словно сквозь принцессу, Отсутствие симпатии к своей персоне ничуть не беспокоило Старого Лиса. Он был поглощён созерцанием настолько, что счёл это отличным предлогом пропустить мимо ушей первые ответные слова Юминг, в которых старый интриган не мог не заметить тонкой насмешки, искусно завуалированной тихим и немного робким голосом. Советник мог бы порекомендовать госпоже выходить на прогулку хотя бы в обществе служанки, следующей на почтительном расстоянии от химэ на случай какой-либо надобности, но не стал сотрясать воздух бессмысленными словами.
Молчание ли собеседника, или собственные мысли поколебали внутреннее спокойствие принцессы, но спрашивая о новостях Юминг уже не столь идеально совладала со своим голосом, в котором очень внимательный слушатель смог заметить бы лёгкую дрожь. Впрочем, нервная обстановка дворца не способствовала сохранению хладнокровия, а неуверенный вздох вполне мог быть следствием внезапно подкатившей дурноты - крепким здоровьем принцесса похвастаться не могла.
- Ох, химэ-сама, какие новости быть важнее сообщения о счастливом возвращении во дворец нашего императора?! Старый Лис сделал почти театральную паузу, наблюдая за эмоциями Юминг. Потом продолжил: - Впрочем, этого радостного известия я Вам сообщить не могу. Микадо по-прежнему пребывает там, куда ему было угодно отправиться. Коридоры дворца - крайне удобное место для ушей. Порой кажется, что они произрастают прямо из стен. Говорить более важные слова здесь было бы просто неосмотрительно.
- Однако, если Юминг-сама интересуют новости не столь значительные, их можно было бы обсудить среди аллей Императорского сада. Я буду рад, если химэ-сама удостоит чести скромного слугу микадо сопровождать её на прогулке.

Отредактировано Ge Jin Zi (2012-07-03 13:54:37)

7

Начало игры

С самого утра у Шаэля дико раскалывалась голова. Он никак не мог понять причину этой боли, поскольку зачастую то состояние, в котором он пребывал в тот или иной момент могло сказать о многом.
Тайный советник под своей извечной маской личного секретаря микадо прятался уже достаточно давно, точь-в-точь как его безвременно ушедший родственник. Беловолосый дракон медленно и практически бесшумно передвигался по коридорам императорского дворца, надеясь не наткнуться на то существо, встреча с которым сулила как минимум испорченное настроение. А поскольку его мучила головная боль, настроение Коу было уже испорченным.
Как говорится, если у тебя плохое настроение, сделай доброе дело - испорть его кому-нибудь другому. А дракон вполне мог это сделать. Внезапно мужчина прислушался: по коридорам передвигался некто, кто судя по темпу его передвижения очень сильно куда-то торопился. Обычно по коридорам дворца микадо никогда не бегали,а если и было такое, то сие означало, что произошло или должно произойти что-то важное.
Интересно, кто носится с подобной скоростью в такую рань? Как бы мне с ним чего доброго не столкнуться...
И только у Шаэля промелькнула подобная мысль, как в него из-за ближайшего поворота влетел евнух императорского гарема. Майол, сидевший на плече у своего хозяина и мурчащий ему что-то на ухо (таким образом зверек пытался унять головную боль дракона, и получалось это у него весьма неплохо до определенного момента), зашипел, поскольку столкновение было весьма ощутимым, раскрыл крылышки и плавно перелетел на близ стоящий шкаф.
Зверь вперил в евнуха недовольный взгляд, да так и остался сидеть на шкафу, не собираясь оттуда спускаться какое-то время, дабы его снова не потревожили.
- Господин, простите мою неаккуратность, я очень спешил и совершенно не услышал вашего приближения. Простите меня, впредь такого больше не повторится, - кланяясь, зачастил молодой человек. Шаэль же только открыл рот, чтобы ругнуться, но сменил гнев на милость, проследил новое местоположение своего сопровождающего, потом снова посмотрел на евнуха.
Кажется, он чем-то сильно обеспокоен.
- Впредь смотри, куда идешь, тебе это не повредит, - мягко высказался советник, спрятав кисти скрещенных рук в рукавах кимоно. - Что-то случилось? Ты выглядишь так, будто произошло нечто из рук вон выходящее. Докладывай, я внимательно тебя слушаю.
Евнух вновь раскланялся и сообщил о том, что прибыли посланники богини Стеа, и богиня желает видеть одну из императорских наложниц Камелию незамедлительно. На лице Коу не дрогнул ни один мускул, пока он слушал данную историю, однако в его душу практически сразу же закрались подозрения.
Богиня желает видеть наложницу? Которая носит под сердцем ребенка микадо? Именно эту наложницу. Что-то здесь нечисто. Служителям богини отказывать не принято, проверять данную информацию на достоверность долго, и данный жест будет расцениваться как прямое неуважение к светочам. Нет, нельзя отпускать ее без сопровождения, микадо приказал охранять драконницу.
- Весть весьма важная, молодец, что сообщил, - промурлыкал дракон, лихорадочно соображая, что же делать. А делать необходимо было срочно. - Найди мне кисть, тушь и листок рисовой бумаги. Быстро!
- Да, господин! - евнуха как ветром сдуло, через несколько минут он добыл то, что просил Шаэль, который в свою очередь быстро написал что-то на бумаге, сложил его и протянул евнуху.
- Вот. Отнеси живо это послание Первому советнику микадо. И чтобы одна нога здесь, другая там. Бегом! Это очень важно.
Евнух вновь поклонился и удалился столь же стремительно, как и появился. Шаэль покачал головой, потом вновь устремил свой взгляд на майола, который с недовольной мордой взирал на него со шкафа, после чего поманил зверька. Тот поднялся на все лапы и нехотя спланировал тому обратно на плечо. Что странно, о своей головной боли в этот момент Коу сразу же позабыл. В записке он быстро начертал просьбу о встрече со Первым советником, поэтому поторопился на место встрече, которое указал в своем послании.

Императорский сад

Отредактировано Shael Kou (2012-11-06 14:21:35)


Вы здесь » Последний Шанс » Архив Кёху » Коридоры