Последний Шанс

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Последний Шанс » Архив Дагора » [15.12.1439] «Загородный дом Ранхильда Нуарро»


[15.12.1439] «Загородный дом Ранхильда Нуарро»

Сообщений 31 страница 60 из 292

31

Эсфину снились тревожные сны. Как ни странно, Шаграт в них не фигурировал, словно подсознание антареса было не в силах переварить присутствие такой персоны в новой жизни юноши. Вместо этого Эсфин бродил по холодному ночному городу совершенно один, зная, что безнадежно опаздывает к клиенту. Он проходил мимо ярко освещенных особняков дагорских богатеев, пытаясь обнаружить нужный, однако никак не мог вспомнить, что же это за дом, и к кому он собирался. На нем была одна лишь алая туника и браслеты для танцев, звякавшие на ходу. В этом сне антарес ступал на зимний снежок босыми ногами, и не мерз. Гораздо больше его беспокоила реакция Керату на опоздание. Клиент ведь непременно сообщит, как он недоволен. Ведь за явление юноши куда нужно заплачены большие деньги.
Эсфин поднял голову. В темных небесах проплывал ярко освещенный остров, откуда слышалась нежная музыка и лился призрачный свет. Остров был совершенно ненастоящий, какой-то гротексный. Почему-то в сновидении антарес полагал, что это Велиалор.
Несомый алхимиком по коротенькому коридору юноша беспокойно заворочался, когда невидимый алхимику "Велиалор" вдруг стал разваливаться на куски, рискуя погрести юношу под собой. Вздрогнув, Эсфин почти проснулся. В забытьи он почувствовал только то, что его бережно и крепко держат, а еще - куда-то несут. Юноша сонно вздохнул, прислоняясь головой и плечом к чужому плечу, которого не признавал, утыкаясь щекой в пахнущий сухими травами лен чьей-то рубашки, бессознательно пытаясь удержать ощущение покоя.

32

Шаграт только открыл незапертую дверь в гостевую спальню, как антарес на руках беспокойно заворочался, словно увидел нехороший сон. Шаграт вздрогнул, остановившись, стараясь не двигаться, чтобы не разбудить Эсфина окончательно, но тот лишь устроился удобнее, почувствовав уютное тепло. Алхимик вздохнул и продолжил свой путь с хрупкой ношей.
Интересно, мне больше повезло в том, что я совершенно не вижу снов?
На этот раз спальня была протоплена, свечи, самые обычные, горели в нескольких подсвечниках на столе. Уложив антареса на постель, Шаграт выпрямился и покинул гостевую комнату, тихо притворив за собой дверь. Вынужденное общение с материалом как с обычным мальчишкой, словно тот, к примеру, племянник или сын друга на попечении, неимоверно утомляло. А неопределенность того, как вытерпеть подобную ситуацию в течение месяца, и вовсе раздражала, даже если свести взаимодействие с антаресом к минимуму.
Шаграт спустился в лабораторию, не забыв взять образец крови и дневные наброски. Этих капель, конечно, хватило бы на самый минимум, но для начала достаточно было и такого количества драгоценного материала.
Люди, чей век скоротечен, как и молодость и красота, уже давно предложили алхимикам, в чьих руках сосредотачивалась немалая мощь при должных знаниях, выгодное взаимодействие. За щедрую спонсорскую помощь самые влиятельные были готовы использовать на себе любые способы продления хрупкой жизни и сомнительной красоты. Посему  у Шаграта, который в свое время работал на Орден в целом, скопилось немало готовых работ, позволяющих ненадолго сохранить мужскую и женскую красоту, скрыть признаки старения и увядания. Но антарес - существо уникальное, и вряд ли кто-то проверял действие подобных препаратов на представителях звездной расы. Упавшие на Мист, потерявшие свое сияние, эти неприспособленные к простой жизни существа все равно оставались прекрасными и свежими, юными и легкими. Поэтому вряд ли хозяину такой игрушки пришло бы в голову улучшить внешний вид и без того прекрасного раба. Но у темного эльфа цели были кардинально иными.
Лишь ранним утром, уставший, Шаграт вернулся в свою спальню и, не раздеваясь, буквально рухнул на постель, убрав при этом первые наработки в секретный шкаф, после чего погрузился в сон.

33

Эсфин проснулся довольно поздно. Несмотря на общую разбитость и сон в одежде, он почувствовал себя уже бодрее. Кроме того, сейчас он находился в своей собственной спальне, озаренной светом ясного зимнего дня, и скопил достаточно сил для того, чтобы перед завтракам сделать хорошую разминку и растяжку. Благодаря несчастливым событиям последних дней он пропустил целых две таких разминки. А ведь поддержание постоянной формы - единственная возможность оставаться хорошим танцором.
После достаточно интенсивной тренировки он на цыпочках добрался до ванной. Вчерашние ожоги совершенно заросли, и лишь легкие темные тени под глазами свидетельствовали о недавнем испуге. Эсфин убрал их с помощью компресса из мокрого полотенца и так же, на цыпочках, спустился к завтраку. Его способности сохранять тишину хватило ненадолго. По последнему пролету лестницы эльф спускался, прыгая со ступеньки на ступеньку с поворотом вокруг своей оси. Это был последний элемент тренировки, но вышедшая на стук босых пяток кухарка, конечно, обомлела.
Убедив бедную женщину, что не собирается убиваться, юноша добрался-таки до кухни и умял все, что ему соизволили выдать на завтрак. Некоторое время Эсфин развлекался делами по хозяйству: кухарка доверила ему вымыть овощи и еще всю посуду со вчера. До непосредственно кулинарии его пока не допускали. Однако женщина очевидно обрадовалась возможности сгрузить на кого-нибудь часть обязанностей, так что Эсфин мог бы поклясться: ее отношение к непоседливому гостю слегка потеплело.
Когда эти простые задачи закончились, юноша немного послонялся по дому. Довольно скоро он обнаружил кабинет с исписанными рукой Шаграта бумагами. Содержание этих бумаг было для Эсфина непонятным. Он суеверно посмотрел на красиво, хоть и небрежно, выписанные формулы, и на книги, в которых даже названия ничего не говорили юноше. Его собственная книжка осталась в спальне темного эльфа. А значит, увы, являлась потерянной для общества антареса. Впрочем, в кабинете, в самом дальнем углу, были и другие вразумительные книги. Они были очень старыми и стояли не так высоко, как в спальне. Юноша, набравшись храбрости, утащил одну из них в свою комнату, спрятав для верности в шкаф среди своих вещей.
Обходя по стеночке спальню Шаграта, Эсфин открыл для себя еще гостиную, довольно уютную комнату с камином, незапертый люк на чердак, куда тут же залез, обнаружив там ящики со старым барахлом. Неугомонный антарес, предпочитавший делать что угодно, только не дрожать от страха в углу, немедленно спустился вниз для душевного разговора с дворецким. Получив разрешение, антарес с восторгом окунулся в целый мир старых вещей, нашарив в ящиках пушистый плед в коричневую и бежевую клетку, белую занавеску, годившуюся в качестве хотя бы половины полога на кровать (Эсфин всю жизнь мечтал о балдахине, способном спрятать от чужих глаз место его сна), и довольно приличное большое зеркало в простой деревянной раме. Отнеся все это в свою комнату, юноша накинул зимнюю одежду. Дверь наружу, в сад, не была заперта; ведь слуга не получал распоряжений не выпускать Эсфина из дома.
Антарес вышел в сад. Снега в этом году выпало мало, и палая коричневая листва была схвачена ледком, поверх которого лежала тоненькая белая корочка. И тем не менее, запущенные деревья, обмерзшие песчаные дорожки и большие валуны, лежавшие для украшения там и сям, были по-своему очень красивы. Как ни странно, антарес даже не задумался о побеге. Для этого ему было недостаточно сил; в общем, никем не замеченный, он просто стоял в саду и жевал орешки, прихваченные из кухни. Вдруг на стволе дерева мелькнул хвост белки, облинявшей к зиме до серой шерстки; Эсфин медленно подошел, чтобы приманить ее. Белка не убежала сразу же. Видимо, когда-то кто-то приручил ее. Антарес протянул ей орех - люди могли терзать его сколько угодно, а вот животные всегда любили Эсфина, - но белка удрала куда-то за дом. Не теряя надежды, антарес продолжил охоту и без всякой задней мысли принялся подманивать белку в глубине сада, там, где большой камень и толстые древесные стволы надежно отгораживали хрупкую фигурку Эсфина от возможности быстро его обнаружить.

34

Пробуждение было самым обычным, если не считать, что темный эльф опять уснул, не переодевшись на не расправленной постели. Вздохнув, Шаграт открыл лиловые глаза. Самое обыкновенное утро, тихое и спокойное, если не считать новоприобретенное бедствие в соседней спальне, которое можно было и не надеяться застать на месте.
Алхимик встал и в первую очередь пошел умыться, привести себя в порядок. В доме было все еще тихо, даже подозрительно тихо. Закончив дела в ванной, Шаграт вернулся в свою спальню, вытирая слегка намокшие концы волос полотенцем и прохаживаясь в это время, думая, чем бы привязать таким надежным антареса, чтобы быть спокойным за его местонахождение в доме. Тут внимание темного эльфа привлек серебристое пятно среди черных ветвей старых яблонь и лип в саду. Уже догадываясь, что там увидит, Шаграт обреченно подошел к самому окну. Серебро необычных волос мальчика-звезды выделялось даже на фоне припорошенной искристо-белым снегом земли. Тот с довольной улыбкой носился среди деревьев, словно пытался догнать какого-то зверька, выглядел беззаботным и довольным. Дом был огорожен каменным высоким забором,который. в принципе, без труда можно преодолеть, но этот район был малообитаем и респектабелен настолько, что воров можно было не бояться. Даже в казалось бы заброшенных домах жили слуги в вечном ожидании своих господ, хотя большинство домов было, конечно, вполне посещаемые.
Переодевшись в свежие черные мягкие штаны из тонкой замши на широком кожаном ремне и хлопковую рубашку с длинным рукавом, которые Шаграт по традиции закатывал до локтя, эльф накинул на плечи тяжелый зимний плащ с роскошным воротником из черной лисицы,  и вышел в сад.
На улице было морозно, легкий колючий ветер трепал волосы, пытаясь запутать пряди между собой. Шаграт не чувствовал злости сейчас, скорее, преждевременное утомление от того, что за антаресом нужен глаз да глаз, а еще любопытство. Мальчишка был увлечен своей игрой настолько, что не слышал, как к нему подбирается темный эльф. Остановившись в нескольких шагах за спиной антареса, Шаграт немного понаблюдал за его ребячеством.
- И почему же ты не убегаешь, Эсфин?  - все-таки выразил свое любопытство Шаграт, чуть склонив голову.
Неужели действительно некуда и судьба за этой оградой тебя ждет хуже, чем та, которая у тебя теперь в моем доме?

35

Белка собирала с земли орехи, которые Эсфин нарочно ронял на снег, но с ладони не брала - ждала, пока юноша отойдет в сторонку. Схватив орех, она бежала за дерево и закапывала лакомство среди палой листвы. Потихоньку зверек осмелел, уже не пугаясь руки так сильно, как раньше. Присев на одно колено, антарес положил ладонь на землю, застыв, ожидая реакции белки; в этот же момент Эсфин услышал тонкий, почти незаметный скрип снега под чужими сапогами. В шагах не было видимой угрозы. Антарес некоторое время сидел на месте, но белка отказалась вступать в дальнейшие переговоры и взлетела по стволу ближайшего дерева, испугавшись второго гостя.
Юноша поднялся и обернулся, глядя на Шаграта. Красивый плащ оттенял меховой опушкой бледную кожу алхимика, солнце заставляло темные волосы вспыхивать фиолетовыми отблесками. На воздухе внешность Шаграта выглядела ярче, делая общую картину интересной, даже привлекательной. Эльф выглядел отдохнувшим, посвежевшим и спокойным. Впрочем, спокойным он выглядел всегда, кроме той минуты, когда лицо его искажал гнев. Эсфин даже задумался о том, что ему нравится больше - гнев или полное безразличие. Однако вопрос алхимика вырвал его из размышлений.
Антарес пожал плечами:
- Я - мальчик для удовольствий. Так сказать, любой постельный каприз за Ваши деньги, - улыбнулся он мило, но невесело. - Куда я пойду и что я буду там делать?
Он начал говорить неохотно, стремясь скорее отделаться от сложного вопроса, однако потом его невыраженные эмоции словно заставили язык юноши болтать без участия разума.
- Продаться в бордель и враждовать с парой десятков конкурентов, в конце концов подхватив какую-нибудь болезнь? Вернуться к прежнему хозяину, чтобы он распорядился мной получше? Искать себе покровителя самостоятельно, болтаясь на улице без денег и еды? Все это ничуть не лучше Вас, господин Шаграт.
Он осознал, что говорит дерзости, и момент для того, пожалуй, не подходящий; более того, добрый и послушный в целом антарес не был склонен к сознательному разжиганию конфликтов, поэтому, высказав этот небольшой протест достаточно раздраженным тоном, он замолчал, глядя в снег, и ожидая неминуемых последствий.

36

Сощурив лиловые глаза, темный эльф, скрестив руки на груди, спокойно выслушал импульсивную речь мальчишки, осмелевшего уже на второй день пребывания на новом месте.
- Готов к тому, что я ударю тебя? - беззвучно хмыкнул Шаграт, выгнув бровь, пронаблюдав за тем, как опустил глаза Эсфин, осознавая, что зашел далеко, высказав свое мнение.  - В этом нет необходимости, я сам задал тебе такой вопрос. Хотя за твою дерзость в другом доме тебя бы могли избить, чтоб ты впредь относился уважительнее к тому, в чьих руках твоя жизнь. И самое поразительное заключается в том, что ты и сам это понимаешь.
Мальчик для удовольствий и постельных забав, значит? Как глуп твой хозяин, что оставил такого раба у себя, да еще и продавая всем желающим лишь на одну ночь, не отдав сияющим еще ребенком в богатый дом сразу. Что ж, в итоге, лично для меня в этом нет ничего плохого. И зря ты думаешь, милое дитя, что у тебя есть выбор, остаться или сбежать. Выбор за тебя сделал твой хозяин, продав ловцу, чтобы в итоге антареса заполучил именно я.
Алхимик был недостаточно тепло одет, колючий холод постепенно забрался под теплый плащ, вынуждая вернуться в тепло обогретого очагом дома. Кивком алхимик велел Эсфину следовать за собой обратно в том, что говорило об окончании прогулки.
- Что ты еще умеешь, кроме как доставлять удовольствие и неприятности? - поинтересовался эльф по пути в дом,следуя впереди.

37

Сегодня у Шаграта, видимо, возникло желание поговорить. Эсфин еще по началу ответа понял, что решительных противодействий  не последует, и, несмотря на сухость тона, алхимик не особенно сердит на дерзость юноши. Даже наоборот. Шаграт наконец соизволил оценить купленный товар со всех сторон. Это Эсфина скорее обрадовало, чем расстроило, несмотря на некоторую тупиковость вопроса, заданного алхимиком. Ведь кроме бед, вызванных неловкостью в обращении с незнакомыми предметами, и удовольствия от обращения с предметами вполне знакомыми, антарес не умел производить почти ничего.
И все-таки тут можно было рискнуть, снова предъявляя товар с лучшей стороны. Керату учил Эсфина в таких случаях сразу давать понять, какова истинная цена его умений. Ведь несмотря на совершенно юный возраст и печальную для юноши наивность, ему уже исполнилось восемнадцать, а обучали его с пяти. И многие клиенты полагали, что покупают невежественного в науке любви юнца.
- Ммм... - протянул Эсфин, следуя за Шагратом и глядя на фиолетовый отблеск его волос. Его широкий плащ ложился красивыми складками на спину, иногда задевая полами низкие кусты, растущие по бокам тропинки. Волей-неволей юноша занял позицию позади и за правым плечом, словно слуга или ученик. Когда антарес наступал в след Шаграта на снегу, было видно, насколько узенькая ступня Эсфина меньше и легче. - Я умею танцевать. Очень хорошо танцевать. Еще быстро бегать. Читать. Делать прически. Наносить грим. Массировать уставшие мышцы. Ну, про любые извращения Вы уже знаете, - хмыкнул юноша.  - Магии я, к сожалению, не обучен.
День уже разгорелся вовсю. Эсфин сощурился, глядя на зимнее солнце; ах, как легко было бы представить, что он продан не страшному алхимику с жестокими намерениями, а, предположим, обычному существу, которому для счастья не хватает только умелого наложника.
- А можно, я тоже спрошу? - вдруг улыбнулся юноша, хотя Шаграт, конечно, не мог видеть его опасливой улыбки. - Вам мальчики нравятся или девочки?

38

И действительно, ничем не примечательный набор бордельного мальчика для утех, - подумал про себя Шаграт, скидывая с плеч холодный плащ и отдавая подоспевшему дворецкому, - в конце концов, он куплен,  что было весьма предусмотрительно со стороны ловца, который прекрасно знает о сроках, но по чьему-о приказу их игнорирует, если не сам старается отделаться от грязных дел побыстрее. В противном случае пришлось бы уничтожить материал.
- Не к сожалению, а к счастью, - поправил темный эльф, многозначительно посмотрев на мальчика. Владение магией такому существу,  которого никто не и обучал бы магическому искусству при должных наклонностях, было совершенно ни к чему, скорее добавило бы проблем. Шаграт и сам был без выдающихся магических способностей, но то с лихвой компенсировалось талантом и знанием алхимии.
Темный эльф скептически посмотрел на Эсфина со всей строгостью, ничего не отвечая на глупый вопрос любопытного и осмелевшего мальчишки.
Не хватало еще материала в собственной постели! Хотя когда-то именно таких мальчиков я и выбирал, юных, красивых, искушенных в любви, не думающих слишком много о своей судьбе и не жалующихся на ее превратности.
Поднявшись в свой кабинет и пропустив Эсфина вперед, ясно дав понять, что еще не освобождал антареса и не позволял уйти заниматься своими делами, в идеале - бесшумно сидеть в гостевой и вы высовываться,  Шаграт сел в глубокое рабочее кресло за рабочий стол, устремляя взгляд на антареса. Не отрывая острых, изучающих лиловых глаз от мальчишки, темный эльф придвинул с угла стола на центр раскрытую книгу, которую вчера читал Эсфин. Посередине был вложен пергамент с его неразборчивыми записями.
- Что это?

39

Шаграт обернулся, услышав ответ на заданный собою вопрос, поправляя юношу с таким видом, будто отсутствие магии - величайший дар. Эсфин сделал себе мысленную пометочку спросить, почему Шаграт так думает, раз темный эльф был сегодня так... хм... любезен. Правда, на интересующий юношу больше всего вопрос алхимик не соизволил дать ответ, погасив воскресшую было надежду на в самом деле интересный разговор. Необразованность в магии и даже отсутствие видимых к ней склонностей при крохотном выбросе не давали юноше шансов обрести свободу с помощью каких-нибудь хитрых заклинаний. А вот знание пристрастий хозяина предоставляло шансы, но... Шаграт то ли сам это понимал, то ли просто не допускал раба до таких вещей, хотя казалось бы, чего стоит взять да и ответить, хотя бы соврать, один раз навсегда?
Дворецкий взял плащ у Шаграта и заодно - у Эсфина, делая нейтральное лицо и не вникая в суть их отношений с хозяином, хотя наблюдательный юноша заметил словно бы отблеск удивления в его глазах. Сделав вторую мысленную заметку - спросить у слуги, что бы это значило, - антарес приготовился расстаться с алхимиком, обычно стремящимся отделаться от юноши... хм... или не стремящимся?
Он ведь оставил его у себя в комнате вчера, хотя мог бы отослать к слугам или в гостиную, и сам спустился за ним на улицу, хотя мог бы послать дворецкого.
Ты лелеешь напрасные надежды, Эсфин. Как будто мы этого не проходили с Керату и со всеми, кто только бывал в его шайке, - разочаровал юноша сам себя, - Думать о симпатии алхимика, который так строг и погружен в работу, что вряд ли отойдет от плана покрошить тебя на куски... Очень умно.
Тем не менее, Шаграт удивил юношу, не отпустив того восвояси. Внутренний страх Эсфина перед темным эльфом часто заставлял антареса вести себя тише воды, ниже травы в его присутствии, так что юноша в скромном молчании поднялся за хозяином (странно было называть так оживший кошмар) в кабинет, остановился напротив стола, заложив руки за спину, как самый скромный мальчик в мире, и поглядел на книгу. Книгу, которую юноша вчера читал в спальне.
- Это... - под изучающим, пронзительным взглядом Шаграта антарес ощутил, как неудержимо краснеет. - Это слова, которых я не понимаю. Ну, из книги. У меня было не очень много книг. Говоря скромно.
От смущения он даже перекинул косу через плечо, терзая ее кончик пальцами. Косу украшал шагратовский шнурок - юноша совершенно позабыл его вернуть.

Отредактировано Эсфин (2012-12-02 01:16:18)

40

Вот как? Значит, ты не только листаешь книжки рады красивых картинок, но еще и действительно читаешь их? Более того, тебе любопытно узнать что-то новое?
Шаграт был несколько удивлен, что Эсфин проявляет любопытство в такой мере, и не ограничивается теми умениями и знаниями, которыми он зарабатывал себе на жизнь, более того, обеспечивал своего владельца. Чаще всего бордельные мальчишки, с которыми Шаграт имел удовольствие когда-то общаться, едва владели кистью, чтобы написать собственное имя, о чем сами признавались без зазрения совести, предпочитая познавать науку любви всем остальным. Конечно жалкие кривые символы Эсфина с трудом можно было принять за письмо, но алхимик видел в этом нечто большее. Возможность занять антареса.
Встав из-за стола, Шаграт заглянул на полку, где за стеклянной дверцей стояли хозяйские коллекционные книги, выставленные на обозрение в кабинете специально, дабы случайный гость мог убедиться в состоятельности и изысканности хозяина. Вытащив большую книгу в роскошном цветном переплете с тиснением, Шаграт вернулся на свое место, с интересом смотря на Эсфина.
- Это - "Древняя история Миста". Очень редкая и ценная книга, - темный эльф придвинул книгу ближе к мальчику, предлагая взять,  - найди здесь все, что сможешь, о Велиалоре, прочти и выпиши все непонятные слова, так, чтобы я сам мог их прочитать. Как только справишься, я объясню тебе их значение, а заодно и тех, что ты уже записал. Книга редкая и дорогая, обращайся с ней бережно. Где взять пергамент и грифель, ты уже, конечно же, знаешь, - не без скептической ухмылки добавил алхимик, пристально смотря на антареса. Клюнет ли мальчишка на подобное занятие, или закатит истерику, что он обучен другим примудростям? Если все получится, Шаграт мог бы гарантировать себе хотя бы половину для в тишине и покое, без запирательства Эсфина в комнате. Хотя этот вариант всегда был под рукой, как вполне рабочий.
- Если ты все сделаешь, то я выполню одну твою просьбу. Одну. - акцентировал внимание Эсфина голосом алхимик, сверкая лиловыми аместистами глаз, -  Если сочту ее достаточным вознаграждением за твое прилежание. Можешь идти.
И зачем я только это предложил?

41

Эсфин следил настороженными глазами за алхимиком, вытащившим из шкафа наружу одну из тех книг, которую сам юноша ни за то не осмелился бы взять. Это был толстый фолиант, переплетенный в бежевую кожу, с бронзовыми уголками и гербом, вытесненным на обложке. Насколько мог понять юноша, проболтавшийся всю жизнь в компании пары воров, книга стоила очень-очень дорого. Услышав предложение распорядиться этой книгой, юноша пришел в легкое замешательство, широко распахнув светлые глаза и уставившись на алхимика с недоверием. Фолианты такой ценности никогда не попадали Эсфину в руки, поскольку никто бы ни за что не выдал ее невольнику для постели.
Однако следующая фраза Шаграта нанесла юноше больший удар.
Велиалор... родина Эсфина была для него туманным сном. Тяжелая жизнь стерла в юноше всякие воспоминания о детстве. Керату, наводивший справки об антаресах, сообщил ему лишь краткие сведения - о том, что мальчик больше не сможет вернуться назад, о том, что красота его со временем превратится в обычную человеческую. Он не мог, да и не захотел бы рассказать обо всем прочем. Антарес забыл даже и думать о том, что может добыть еще какую-нибудь информацию. Точнее, его тщательно заставляли забыть об этом.
Юноша несмело протянул руки и взял тяжелую книгу, обнимая ее и едва слушая, о чем говорил дальше Шаграт. Он запомнил предложение темного эльфа, но владела им совсем другая мысль. Погруженный в себя юноша слегка поклонился, выудил стопку пергамента из тех листов, что лежали на столе, и, прихватив карандаш, покинул кабинет. Чувствуя себя так, будто его ударили по голове, он пришел в свою комнату. Книга, полная красивых иллюстраций, раскинула для него свои страницы.
Эсфина никогда не учили ни истории, ни географии, ни другим премудростям. Читать было трудно - порой даже очень трудно, поскольку трактат, написанный опытным историком и путешественником, предназначался для аудитории постарше. Однако юноша, порой по-детски водя пальцем по черным строчкам каллиграфически выписанных букв, прорывался через страницы с завидным упорством. Он даже отказался от обеда, полностью захваченный инстинктом исследователя, вдруг наткнувшегося на хвостик давно лелеемой, скрытой от взгляда тайны. Слуга, привыкший к помощи Эсфина по хозяйству, хотел было приплести юношу к очередному занятию, но антарес отказался, сославшись на задание Шаграта. Этого было достаточно. Услышав о таком, дворецкий покачал головой и оставил Эсфина в покое на весь день.
Пергамент, на котором Эсфин оставлял корявые, зато крупные и разборчивые заметки печатным почерком, закончился быстро. Юноша не мог не заглянуть и в другие главы, не только о Велиалоре, тем более, что об острове антаресов автору книги было известно до обидного мало. Замигали и догорели свечи; наступал вечер, а задание еще не было полностью выполнено. Юноша подхватил книгу и заметки, отправившись вместе с ними в гостиную. Дворецкий на сей раз совершенно бесшумно подсунул ему бутерброд и кружку кофе. Юноша проглотил все это, не ощутив вкуса, поднявшись из-за стола и невидящим взглядом уставившись в окно; как только глаза, не привыкшие к нагрузке, перестали слезиться, а спина - болеть из-за согнутой позы, антарес снова устремил взгляд в книгу.
Слуга разжег в гостиной камин и заменил свечи. Мягкий свет озарял наконец обнаруженные строки о столь недостижимом Велиалоре. Глотая невольные слезы, Эсфин узнавал о том, что когда-то мост с Миста на Велиалор не был проклятым, и антарес, свалившийся на чужую землю, мог попасть обратно. Значит, если бы не проклятье, с юношей никогда бы не случилось то, что случилось. Он мог бы вернуться домой, на благую, беззаботную землю; так, по крайней мере, описывал ее исследователь. Остров, полный чудес. Как гласила книга, все антаресы, на ней обитавшие, были добры, с мягким характером, и могли преуспеть в науках и ремеслах. Юноша вытер покрасневшие глаза, вздыхая. Только подумать: в пять лет, и в шесть, и в семь он еще верил, что мама, которую Эсфин смутно помнил, спустится за ним. Но этого не произошло. А вскоре он разуверился, а теперь и вовсе забыл все детали раннего детства. Было, пожалуй, счастьем не помнить.
Однако теперь эта иллюзия развеялась. Юноша начинал осознавать, чего он лишился. Это знание больно било, и все равно, со странным мазохизмом он продолжал читать, теперь уже не запоем, а более внимательно. Один раз он даже проник в кабинет, сейчас пустой, чтобы захватить еще пару листков бумаги. Вечер был готов сменяться ночью, все тело ныло и требовало движения, однако погруженный в переживания юноша полностью обо всем забыл, склонившись над столом в гостиную и подперев голову рукой, скользя взглядом по тексту.

42

Шаграт посмотрел вслед ошарашенному таким заданием Эсфину, пока так и не разобравшись, что его заставило так сильно измениться в лице, и пока еще не понимая, почему постельный мальчишка вдруг берется за такую работу. Решив дожидаться результатов своей затеи, алхимик спустился в подвал, в лабораторию. Сегодня было не до исследования крови светлого, необходимо было готовить сложную выдержку из некоторых органических компонентов, в том числе и ядов, и работа требовала непрерывного наблюдения, чтобы результат получился полностью соответствующим формулам. До самой ночи алхимик даже не садился в кресло, не слышал, что творится наверху, даже на время забыл о происходящем во внешнем мире, погрузившись в свой мрачный внутренний.
Только к ночи Шаграт смог закончить процесс приготовления состава, и маленький непрозрачный металлический пузырек с драгоценной выдержкой был отправлен в стеклянный шкаф в темном углу лаборатории, куда не доставал свет алхимических свечей. Порядком уставший и на удивление проголодавшийся темный эльф, на ходу снимая фартук, поднялся в дом, желая сейчас принять ванну, что он делал всегда после работы с ядовитыми веществами. К радости кухарки, Шаграт заказал себе ужин в гостиную, велел набрать горячей воды в ванну и осведомился по поводу мальчишки. После короткого доклада слуги алхимик не скрыл удивления, что антарес так увлекся книгой, что его даже с трудом заставили поесть, не говоря уже о том, что все это время мальчишка даже не отрывался от страниц исторического фолианта.
Наскоро приняв ванну, погревшись немного в горячей воде и сполоснув травяными очищающими настоями волосы, Шаграт переоделся в домашний халат и почти такого же темно-изумрудного цвета штаны с атласным поясом, и, расчесав свободно падающие на спину, еще сырые волосы, решил отдохнуть и поужинать за книгой в гостиной, полагая, что Эсфин занимается в своей комнате. Поэтому когда Шаграт вошел в хорошо протопленное и освещенное лишь свечами у стола помещение, был немного удивлен застать антареса тут. Тот, казалось, не замечал ничего, поглощая книгу и старательно вырисовывая слова. Бесшумно Шаграт положил книгу на кресло у камина и подошел к Эсфину, встав за спиной.
Поразительно... И откуда у нас такая тяга к знаниям?
- Тебе еще не надоело? - без насмешки, но и без участливой заботы в голосе поинтересовался алхимик, из-за спины Эсфина взяв один из исписанных листов и пробежавшись глазами по старательно выведенным словам, кое-где с ошибками.

Отредактировано Shagratt Shen’nar (2012-12-03 14:52:06)

43

Эсфин был настолько увлечен вылавливанием из книги немногочисленных сведений об антаресах, что пропустил явление темного эльфа в комнату. И только когда Шаграт встал у него за спиной, по позвоночнику пробежал сторожкий холодок; юноша поспешно обернулся, не вставая с места. Шаграт явно только что покинул ванную. От него вкусно, терпко пахло весенними травами. Но ни это, ни домашняя одежда не делали облик алхимика менее холодным. Даже если он удивлялся, это выглядело, как лицезрение трюка зверушки, выступающей на площади - забавно, но ничего кроме. Сейчас, когда мозг юноши был перегружен сведениями пополам с переживаниями, это было особенно заметно.
- Нет, господин, - замкнуто ответил антарес. - Я просмотрел еще только половину книги, хотя сомневаюсь, что дальше пойдет речь о Велиалоре. Судя по оглавлению, дальше идет речь только о Дагоре и...
Запнувшись, он посмотрел в книгу.
- Политических отношениях. А по словам автора, антаресы не любят политику, - юноша покраснел так, будто сообщил Шаграту нечто очень личное. Он действительно ощутил, что слова о собственном народе, будучи сказанными вслух, задевают что-то глубоко внутри. Юноша не был готов отдать это существу, совершенно безразличному к его участи.
Внезапно Эсфину стало стыдно за то, что его почерк такой неловкий. Он смущался, когда Шаграт смотрел на потуги написать разборчиво сложные слова. Ему очень понравился изящный, остренький стиль букв в книге по истории, и по сравнению с ними, конечно, каракули карандашом показывали юношу не с лучшей стороны. Слова, написанные в столбик, гласили, что несложные термины вроде "монархии", "экзальтации", или "аборигена" были юноше непонятны.

44

Бросив задумчивый взгляд на смущенного мальчишку, Шаграт задумчиво собрал стопку листов, исписанных Эсфином и неспешно пошел к креслу к камину. Когда-то очень давно в детстве он так же смущался глубоко внутри себя, показывая учителю свои работы, написанные небрежным почерком, но выполненные старательно и в срок. Учитель никогда не был строг, всегда хвалил стремящегося все довести до идеала темного эльфа, поощряя в нем это стремление к совершенству.
Стал бы я сам хорошим учителем? Вот уж вряд ли...
Список скучных слов был бесконечен. Удивительным было то, что здесь были указаны лишь самые трудные для восприятия слова, которыми могут свободно оперировать ученые, политики и идеологи.
- Ты прав, дальше о Велиалоре в книге ничего нет, если тебе важно было лишь это, можешь оставить свое занятие. Подойди сюда.
Шаграт неспешно опустился в кресло, переворачивая листы и читая термины. Перед камином был постелен большой пушистый ковер с длинным ворсом цвета шоколада с молоком, ближе к камину располагался уютный пуф, как раз прямо напротив кресла. О своей книге Шаграт на время забыл.
- Ответь мне на два вопроса, Эсфин. Во-первых, кто научил тебя писать?
Оторвав взгляд от пергамента, Шаграт пристально посмотрел на мальчишку, не скрывая интерес в холодных лиловых глазах, но обращаясь к мальчику спокойно и даже в некотором смысле мягко.
- Я не знал ни одного мальчика для удовольствий, как ты выражаешься, который умел бы писать что-то сложнее своего имени. И во-вторых, зачем тебе эти сложные слова? Разве тебе действительно интересно?

45

Шаграт задумчиво листал заметки, заставляя Эсфина нервничать в ожидании. По знаку алхимика юноша подошел к нему, чувствуя себя очень странно. Рядом веял теплом камин, бежевые оттенки гостиной навевали расслабление и покой, Шаграт сидел в кресле, глядя в исчирканные страницы так, будто в самом деле заинтересован. Все это больше походило на учителя и ученика, чем на злобного монстра и его жертву. Юноша не присел на пуф, а остановился напротив кресла, по привычке заложив руки за спину. Его поза казалась расслабленной, хотя на самом деле не являлась таковой. Он не доверял внезапным послаблениям. Тем неожиданнее был тон, которым беседовал с ним алхимик; казалось, он нарочно смягчил выражения, хотя его сиреневые глаза по-прежнему глядели холодно.
Столь же неожиданными были и сами вопросы. Эсфин, по крайней мере, никогда не задумывался над ними и снова стал теребить косу, дав ответ не сразу.
- Я сам научился писать, господин. Как сумел, по тем книгам, которые у нас были, по вывескам...
Нда, это было тяжелое время для любознательного мальчишки. Керату вовсе не настаивал на его грамотности, хотя читать научил, ведь разобрать название лавки, прочитать пьесу вслух или осилить записку хозяина было порой необходимо. Поэтому никто не заморачивался на то, чтобы одолжить мальчишке карандаш и драгоценную бумагу. Приходилось как-то выкручиваться. Зачем? Мальчик никогда не погружался глубоко в такие размышления.
Эсфин предполагал, что Шаграту больше понравился бы разумный, полный осознания пользы грамотности ответ на его вопрос, но такого ответа у антареса не было.
- Не знаю, зачем я это делал. Наверное, мне просто хотелось научиться таким вещам. Ну, и заняться чем-нибудь... другим. У меня было мало развлечений.
Звучало довольно косноязычно, юноша понимал это, и с отчаянием откинул косу обратно на спину.
- А что касается интереса, конечно, мне интересно. Тяжело читать книги и не понимать, о чем там написано. Причем, я не думаю, что это на самом деле очень сложная книга.
Эсфин вздохнул, глядя на исторический труд, оставленный лежать на столе. Что было в нем такого привлекательного? Кроме осознания факта, насколько велик мир и насколько мало юноша знает о нем.
- У меня никогда не было возможности прочитать сколько-то умный трактат. Они написаны не для постельных невольников, господин.

46

Сам? Неплохо, это значит, что в мальчишке есть некий потенциал, раз он самостоятельно научился читать литературу такого уровня.
- То есть, тебе просто было скучно, и ты пытался себя развлечь таким способом, как чтение книг? Скажи мне, ты умеешь только срисовывать символы, или можешь писать сам?
В этот момент в комнату вошел слуга, внося на подносе кувшин вина с пряностями, подогретого до нужной температуры, ломтики поджаренного хрустящего хлеба, политого ароматным медом, соблазнительно дымящийся кусок запеченной и порезанной говядины с орехами и травами. Повариха постаралась на славу. Отломив кусочек хлебца там, где его не коснулся мед, Шаграт еще разок заглянул в исписанные листы.
- Ты можешь тоже приступить к ужину, голодовки в список твоих занятий не входили. То есть, ты утверждаешь, что более сложные книги тебе тоже по плечу. Разве не развлечет тебя лучше книга с романтической пьесой или комедией, или приключения таких неугомонных юношей, как ты сам? - Шаграт все еще прощупывал почву. С трудом верилось, что Эсфин отвечает честно, и весь этот "интерес" - не более чем желание угодить новому хозяину, чтобы не получать порицание, обеспечить себе хорошее отношение. Такой исход алхимику не понравится еще сильнее,  чем перевернутый вверх дном дом.
Заметив, что мальчик снова делает акцент на своем роде занятий и умений, Шаграт отрицательно покачал головой, откинувшись в кресле.
- Ты больше не постельная грелка, Эсфин. Ты куплен в этот дом в мое распоряжение, и ты не свободен, это так, но не для того, чтобы ублажать в постели. Ты желаешь узнать, что же это за слова, прямо сейчас, или ты устал, и тебе объяснить завтра?
Если действительно тобой двигал лишь интерес к знаниям, то твою похвалу ты действительно заслужишь. Почему-то мне не хочется, чтобы ты разочаровал меня.

Отредактировано Shagratt Shen’nar (2012-12-03 17:24:37)

47

На время оставив косу в покое, Эсфин теперь рассеянно ворошил носком босой ноги мягкий ворс ковра. Шаграт продолжал задавать вопросы, на которые не было простых и понятных ответов. Юноша обычно не задумывался, что и почему он делает, он просто следовал велению сердца, наитию или сиюминутной логике. К тому же, о многом ли можно задуматься между уроками танцев и чужими постелями?
- Да, господин, - ответил он на первый вопрос. - Чтение неплохо развлекает, когда телу нужен отдых. Писать сам я могу, но боюсь, что не глядя в книгу я сделаю много ошибок.
Казалось, Шаграт задался целью вытащить из юноши все, что тот умеет делать плохо. Нервничая, юноша даже не обратил внимание на дворецкого, пока тот не начал расставлять тарелки на столе, да и то, антарес смотрел только на Шаграта, точнее - на его волосы. Ему казалось, алхимик рассердится, если юноша хоть на минуту потеряет концентрацию. И несмотря на разрешение, антарес не смог бы сейчас съесть ни кусочка. Как можно жевать, когда нужно соображать на такие темы?
- Я не совсем уверен насчет сложных книг, - заметил антарес. - Просто в истории достаточно часто идет речь о простых вещах, поэтому, если выучить нужные слова, ее можно понять. Что касается пьес... - его передернуло. - Я читал их слишком много. Это все, что у меня было - актеры моего бывшего хозяина ставили по ним свои сценки. Но я не против и других книжек, вроде приключений, просто...
Он немного помолчал, мучительно подбирая слова. Раньше ему не доводилось пытаться сделать свою речь понятной, ведь никого на самом деле не интересовали его переживания, не связанные с чисто практическими вопросами, например - как избавиться от синяков, или не дать клиенту слишком сильно увлечься.
- Ну, если взять роман, то это придуманная история, - сказал антарес наконец, чувствуя, что готов впасть в отчаяние. - А это, - он кивнул на книгу, предусмотрительно убранную дворецким со стола на конторку, - Настоящая история о настоящем мире вокруг, и я очень мало знаю о нем.
Особенно о Велиалоре, - добавил он мысленно, хотя по-прежнему не хотел задевать эту тему вслух.
Дальнейшая речь юношу удивила. Говоря точнее, она снова привела в смятение его нестойкие чувства. Шаграт говорил так, будто антареса не ожидает неминуемая гибель всего-то через месяц, а ожидает какая-то другая жизнь, где нет нужды в постельных утехах. В это слишком трудно было взять и поверить, ведь вся судьба антареса с малых лет крутилась вокруг эротических тем.
- Я бы хотел узнать о словах сегодня, - тихо сказал Эсфин. - И еще я хотел бы узнать, зачем я куплен. То существо в маске ведь уже приводил сюда детей, и все они исчезали, так? А еще он говорил, что Вам нужно только немного крови и волосы. Но я думаю, что он врал.

Отредактировано Эсфин (2012-12-03 21:53:32)

48

Вот оно что, мальчик вырос из сказок и интересуется окружающим его Мистом... Игрушка для удовольствий, которая хочет не новые духи или браслеты с бубенцами, а книгу по истории, вот уж чего никогда не ожидал увидеть. Что ж, у нас много времени. у меня много книг, а у тебя теперь всегда будет занятие.
- Я понял тебя, - подводя итог, кивнул темный эльф, прищурив лиловые глаза, Шаграт получил удовлетворяющий ответ на свой вопрос. и невольно краешки губ слегка дрогнули, на мгновение очертив легкую улыбку, - с завтрашнего дня я буду давать тебе задания каждое утро. Любая книга из кабинета, которую ты сможешь прочитать, в том числе и из коллекции, в твоем распоряжении. Ты доказал сегодня, что способен обращаться с такими вещами бережно, но это не повод расслабляться, помни об этом.
Темный эльф только было собрался начать объяснять смысл слов и расправил аккуратно листы, написанные рукой антареса, как вопрос, заданный тихим, но твердым голосом, заставил взгляд снова стать острым и холодным.
Никогда еще материал не задавал такой вопрос, никогда алхимик не готовился на него отвечать. Те самые мальчики, юноши, и даже молодые мужчины,  которых приводил ловец, умерли, так и не задав этот вопрос, умерли легко и безболезненно, просто заснув под воздействием зелья, специально приготовленного Шагратом. Эсфин был бы таким же безымянным мальчиком среди прочих, чью одежду бы молча выбросил бы слуга, не задавая лишних вопросов, но его привели слишком рано. А может быть, на его месте оказался бы кто-то другой из светлых, этого уже нельзя предугадать.
- У тебя нет оснований не верить тому, кто купил тебя, и тебе не следует слушать то, что говорят слуги. Сейчас ты мне действительно нужен для того, что ты назвал, я не собираюсь причинять тебе боль или калечить тебя. Об остальном тебе знать не следует, Эсфин.
Указав на пуф перед собой, темный эльф легким жестом велел сесть.
- Располагайся, ты написал много, возможно, я буду объяснять тебе до утра.
Неторопливо, потягивая остывшее, но не менее вкусное вино, Шаграт толковал каждое сложное слово, начертанное Эсфином, попутно отвечая на вопросы мальчика. От сложной для обоих темы удалось уйти, дав ответ и не ответив. В самом деле, юноше лучше не знать правду о том, что его ждет. Закончились все три листа ближе к утру, и Шаграт чувствовал, что устал, ведь он очень, очень давно не говорил так много. Потерев виски, алхимик отложил листы со словами, чувствуя, что пора подниматься в спальню, мысленно пообещав себе как можно дольше молчать следующим днем. Осталось лишь вознаградить антареса по его заслугам, если просьба будет выполнима, и можно возвращаться в спокойное тихое одиночество.
- Это все, не так ли? Ты честно заслужил свою награду за этот день, я доволен твоим поведением и тем, что узнал о тебе. Помни, одна попытка.

49

Юноша не верил своим глазам. Лицо алхимика, казалось, совершенно не приспособленное к улыбкам, на миг словно озарилось, его выражение стало не таким жестким, а... просто ироническим, что ли. Это было похоже на травинку, пробившуюся через броню векового льда. Шаграт даже на минуточку напомнил Эсфину не Самое Кошмарное Существо в Мисте, а просто темного эльфа, возможно, обаятельного, с этаким мрачноватым шармом. Темный эльф раздавал неслыханные призы за храбрость. Юноша и не думал, что ему разрешат брать все книги. И это отчасти сломало его планы.
Когда Эсфин мечтал о награде, обещанной Шагратом (хотя всерьез мечтать сильно мешала самокритика), он сразу отмел все возможности попросить о чем-нибудь эротическом. Минет? Поцелуй? Что-нибудь самое простое, вроде массажа? О, не стоит даже и пытаться. Эльфа, о котором Эсфин ничего не знает, особенно - любителя женщин, это только оттолкнуло бы. Особенно, если вдруг Шаграт окажется девственником. Такие к антаресу тоже приходили - аристократы, которые решились испытать свою власть на невинном мальчике, хотя раньше много лет подряд не умели или не могли заинтересоваться плотской любовью. В общем, юноша решил выпросить книгу по каллиграфии. Ему показалось, что научиться красиво писать - это было бы полезно. Так сказать, лишило бы Эсфина лишней возможности опозориться. Однако теперь, получается, антарес мог освоить тонкое искусство по книге. Наверняка в этом полном старой и новой учебной литературы доме найдется одна такая.
Однако, стоило Шаграту снова заговорить, давая ответ на самый острый вопрос, Эсфин понял - по холодку в его глазах, по тому, как он сказал "сейчас", а не просто "ты мне нужен для безобидных вещей", по укрытому пустыми словами ответу о будущем, - что опасения его не напрасны. Над ними стоило очень крепко задуматься. Крепче, чем сейчас.
Молчаливый юноша хоть и устал на редкость, однако послушно сел на пуф. Получилось странно - мужчина в кресле и юноша у его ног; с такого ракурса алхимик выглядел зловещей, но чем-то притягательной фигурой. Он гипнотизировал юношу - своим взглядом, спокойным голосом, таким ровным, словно бы они не занимались толкованием слов целых три часа подряд. Юноша рассчитывал скорее на то, что Шаграт пояснит ему часть словаря, однако темный эльф был упорен. Эсфин сам не знал, как только сумел выдержать эту ночь. Его мозг не привык так напрягаться, однако ни уйти, ни запросить пощады он не мог. Пришлось терпеть.
Закончив, Шаграт потер виски совершенно человеческим жестом, не соответствовавшим образу Ужасного Железного Алхимика. И вспомнил, что Эсфин у него пока что так и не попросил - ни услуги, ни подарка, ни возможности спасти свою жизнь. Тяжело вздохнув, антарес вдруг понял: Шаграт его только что похвалил. Нет, правда.
- У меня простая просьба. Пожелайте мне хороших снов. - Эсфин по-птичьи наклонил голову, выдав эту внезапную и, возможно, глупую фразу.

50

Откровенно говоря, Шаграт ожидал чего угодно, только не подобного. Мольбы о том, чтобы остаться в живых, прошения вернуться к старому занятию у прежнего хозяина, просьбы продать за ненадобностью к хозяину любвеобильному и щедрому, да что угодно из того, что мог бы попросить не такой уж и глупый наложник, чувствуя, что участь его неминуемо горька.  Но антарес и здесь смог удивить темного эльфа просьбой совершенно нетривиальной.
Алхимик неторопливо встал, скользнули складки тяжелой дорогой ткани халата, расправляясь. Эсфин сидел рядом, уставший и сонный стоически выдержав скучную даже для темного эльфа лекцию, которую антарес внимал вполне живо, демонстрируя истинный интерес. Возможно, Шаграт использовал последнюю возможность, чтобы проверить Эсфина еще раз, намеренно заянув повествования и объяснения. И сомнений не оставалось - мальчишка действительно тянулся к знаниям, как к роднику с холодной ключевой водой.
Шаграт вздохнул. Отказать на такую простую просьбу мальчику было просто невозможно. Посмотрев на Эсфина верху вниз, темный эльф легко коснулся ладонью головы мальчишки, погладив по волосам от макушки к затылку. Серебристые волосы были мягкими, тонкими и шелковистыми на ощупь.
- Приятных и спокойных снов, Эсфин.
После чего Шаграт удалился, ощущая пальцами еще несколько мгновений прикосновение к волосам мальчика, словно погладил маленького котенка, уставшего шкодничать и собравшегося отдыхать.
Всего лишь материал, а теперь он будто действительно ученик, маленький и несмышленый, жадно тянущийся к знаниям. Этого ведь не должно быть, но изолировать его невозможно, уже слишком поздно. Что будет через месяц?
Уставший, Шаграт погасил свечи в своей спальне, хватало сумрачного света холодной луны, искаженной оконным витражом и оттого еще более гротескной и мрачной. Алхимик уснул быстро, но без единого сна, как и все ночи за эти шесть с половиной лет.

51

Алхимик двигался неторопливо, и все-таки Эсфин слегка напрягся, когда Шаграт сократил дистанцию между ними, и его холодная жесткая ладонь с удивительной мягкостью коснулась его волос. Юношу даже в жар бросило, он не ожидал такого эффекта. Обычно всю ласку он получал от клиентов, а не своего хозяина; тем более странным был такой поступок со стороны алхимика, намерения которого были опасны, если не смертоносны. Однако этим легким жестом Шаграт словно поманил юношу смутной надеждой на нечто приятное, но неясное для антареса, не знавшего ничего о любви и здоровых отношениях.
Эсфин долго смотрел вслед алхимику, прежде чем нашел в себе силы подняться. Аккуратно сложив книги и листы на конторку, он также собрал и посуду, унес ее на темную молчаливую кухню. Проходя мимо холла, где горел лишь "дежурный" светильник, юноша заметил на вешалке плащ Шаграта. Оглядевшись по сторонам, и убедившись, что слуги спят, Эсфин осторожно стянул плащ и, глубоко вздохнув, завернулся в него. Плащ был велик чуть ли не вдвое. Тяжелая ткань легла на плечи юноши, как крепкие объятия. От меховой опушки шел еле заметный запах трав. В этом было так много от самого Шаграта. Антарес испытывал очень странные чувства. Он вышел бы на крыльцо, но небольшой гонг над дверью разбудил бы слуг. Поэтому антарес просто постоял у окна, прислонившись лбом к холодному стеклу и глядя на луну, завернувшись в плащ, словно одежда алхимика заменяла ему самого Шаграта, только лишенного пугающих планов.
Вернув плащ на место, измученный антарес тихонько прокрался в свою комнату и лег спать. Поутру оказалось, что работа мозга утомляет ничуть не хуже работы тела, и для начала юноша проспал до полудня. Наконец поднявшись, он рассердился на себя самого, устроив жестокую короткую разминку и пробежав десять кругов вокруг дома. Это помогло прогнать сонную одурь, а заодно разбудило чувство голода; явление Эсфина на кухню заставило кухарку ворчать.
- Ты не бери с хозяина пример, - бубнила она, накладывая в тарелку юноши порцию вчерашнего жаркого, разогретого в печи. - Его вот тоже еле-еле заставляешь поесть, так он хлебца поклюет, и готово...
Антарес со всем соглашался, поглощая еду, и вскоре от его порции ничего не осталось. Раз уж он был тут, кухарка предложила ему помочь на кухне. Не желая портить отношения со слугами, и из жажды разнообразия, Эсфин согласился. Однако умственное и физическое напряжение сегодня делало его рассеянным. Пока он мыл и чистил серебряную посуду, это не было очень заметно. Вдохновленная его покладистостью кухарка поставила его приглядеть за сковородкой картошки, которую жарила к завтраку для алхимика, а сама направилась в кладовые; юноша никогда не работал с большими кухонными печами, и подумал, что не будет ничего страшного, если он сбегает умыться и причесаться наверх.
Несколько увлекшись, он заметил неладное, только когда вышел из ванной. По дому расплывался отчетливый запах гари, а брань кухарки была слышна с первого этажа.
Ой-ой... - юноша поспешно ринулся вниз, разбираться с кухаркой, выглядя весьма пристыженно и надеясь, что Шаграт ничего не заметит...

52

Сон был на удивление глубок, а когда алхимик открыл глаза и повернулся к окну на смятой за ночь постели, зимнее солнце укоризненно и  бодро светило в витражи, знаменуя середину дня. Неужели уже больше полудня?
Поднявшись с постели и наскоро умывшись, Шаграт сменил халат на свежую белоснежную рубашку, привел в порядок волосы, собрав их в хвост, и решил сразу же спуститься в лабораторию, чтобы проверить вчерашнюю работу, отнявшую столько времени. Сложный настой должен был в течение четырех дней кочевать из емкости в емкость нужного металла в строгой последовательности, без передержки по времени каждого. Но попасть в лабораторию вовремя не получилось - едкий запах паленого с кухни, нежные клубы сизого дыма, подсвеченного желтыми лучами и громогласная ругань кухарки красноречиво намекали, что антарес снова набедокурил, поставив на уши весь дом.
Темный эльф вошел на кухню. Кухарка кричала на Эсфина, ураганом крутясь по кухне, слуга молча влажной тряпкой пытался очистить воздух, методично ею размахивая. Дышать тут и правда было нечем. Шум темный эльф просто не выносил, этот бедлам нужно было прекращать.
- Катарина, я сам им займусь, - обратившись к кухарке, негромко сказал Шаграт, подходя к Эсфину и касаясь его плеча, подталкивая к спасительному выходу со свежим воздухом. - Убери здесь все.
- Но ваш завтрак, господин! - задоснулась от возмущения раскрасневшаяся женщина, всплеснув руками.
- Ничего, - прервал новый поток криков Шаграт, - сделай мне только кофе.
Темный эльф прикрыл дубовую дверь на кухню и открыл ставни окон на первом этаже возле входной двери, отодвинув тяжелые гардины.
- Поднимайся в кабинет и жди меня там, - без строгости в голосе, но с явным упреком во взгляде лиловых глаз велел Шаграт, разворачиваясь и уходя в лабораторию. А ведь вчера было так спокойно!
Рано обрадовался... Может, все же запирать в кабинете?...

Отредактировано Shagratt Shen’nar (2012-12-04 12:33:29)

53

Эсфин, увидев, что натворилось на кухне, был уже сам по себе расстроен. Надо же было запороть такое простое с виду дело, как картошка! А когда алхимик, вместо того, чтобы проигнорировать бедлам, прямым курсом проследовал в кухню, появившись среди гнева кухарки и клубов вонючего дыма, юноша (тоже уже чуток пропахший дымком) готов был провалиться сквозь землю прямо сейчас. Было странно, что темный эльф не ударил его, не отчитал прямо на месте и не назначил скорой кары, а просто изъял из дыма и отправил в кабинет.
Юноша поднялся, куда сказано, удрученный донельзя. В кабинете было пусто и тихо. Свет падал из высокого окна на рабочий стол. Замирая от испуга, Эсфин все-таки уселся в высокое шагратовское кресло, испытывая те же странные ощущения, что и вчера, с плащом, - некий священный трепет, будто все это роднило его с алхимиком, а последний мог наказать его за дерзость. Странно. Антаресу никогда не хотелось проделать подобного с вещами Керату. Хотя надо сказать, что и Керату никогда не гладил юношу по голове за выполненное задание, хорошее поведение Эсфина было всего лишь залогом его относительного покоя и физической безопасности.
На столе лежали старые записи Шаграта. В основном, красиво, хоть и второпях выписанные формулы. Антарес взял один лист. В этих символах Эсфин не разбирал совершенно ничего, и торопливо отложил листок в сторону. Все эти зловещие письмена по-прежнему его пугали. Как знать, чью жизнь отнял темный эльф, чтобы написать это?
Когда скрипнула дверь, юноша, увлеченный исследованиями, не успел покинуть кресло. Момент напрашивался неловкий, а выход был только один. Притворившись, что уронил карандаш, Эсфин нырнул под стол, высокий и широкий, в общем, удобный для ныряния.

54

Шаграт успел вовремя, и ценный состав был благополучно перелит в бронзовую колбу, а песочные часы перевернуты для отсчета следующих суток. Еще два дня, когда нужно дождаться результата и пробовать испытывать готовый состав, можно посвятить антаресу. В смысле, исследованиям его природы и возможностей его как материала, и нахождением занятия для непоседливого шкодника.
Ну вот, уже не материал, а антарес как материал...  А через месяц я вообще смогу его воспринимать как просто составную часть в моем проекте? Что за ерунда творится...
Совершив необходимую проверку в подвале и оставшись удовлетворенным хотя бы тем, что ничего не изменилось, алхимик поднялся в свой кабинет. Воздух потихоньку очищался, в гостиной было холодно, но свежо. Открыв дверь кабинета, Шаграт немало удивился, когда растерянный Эсфин шмыгнул под стол.
- О, только не говори мне, что ты прячешься от наказания в лице меня, - фыркнул Шаграт, закрыв за спиной дверь в кабинет, обреченно покачав головой. - Я позвал тебя сюда только для того, чтобы дать тебе задание. Тебе разве не хочется узнать что-то новое?
Шаграт подошел к стеклянному шкафчику с дорогими книгами и достал оттуда красочную книгу об экзотических птицах с роскошными иллюстрациями и очень красивым шрифтом написания несложных текстов о птицах. Положив фолиант на стол, Шаграт накрыл обложку ладонью в ожидании Эсфина.
- Только сначала ты должен объяснить мне, что произошло на кухне.

55

Растрепанный Эсфин вылез из-под стола, пылая румянцем, словно Шаграт застал его за чем-то удивительно непристойным. Хотя в случае непристойности антаресу краснеть как раз не полагалось. В пальцах юноша крепко держал карандаш. Даже слишком крепко. Юноша крутил его туда-сюда, слегка сгибал, и в самом деле ожидал наказания.
- Нет, я... карандаш уронил! - антарес продемонстрировал это орудие алхимику. - Потому и полез под стол. Узнать - хочу, конечно.
По спокойному, ровному тону Шаграта было обычно ничего не понять, но сейчас что-то изменилось. Как будто отношение алхимика переломилось в лучшую сторону. Как будто он не только смирился с присутствием антареса, но и стал смотреть на него  по-другому. Вся наблюдательность чуткого антареса не смогла бы сказать большего, так что Эсфин просто с легким оттенком удивления смотрел на темного эльфа, пока тот вынимал из шкафа книгу с цветной обложкой. Юноша уже расслабился, и вопрос заставил его снова опустить голову:
- Кухарка поручила мне следить за картошкой, которая стояла на печи. А я никогда не общался с кулинарией, - убито объяснил он. - Ну то есть, я думал, что печь не согреет ее так быстро, и решил отлучиться. Пока я отлучался, картошка сгорела в угли. Дворецкий в этом время работал в сарае, а кухарка - отошла в кладовые, поэтому никто, и я заодно, ничего вовремя не понял... Извините, господин Шаграт.
Довершая картину раскаяния, юноша все-таки сломал карандаш.

56

Шаграт обреченно прикрыл глаза.Ну что за недоразумение? Ему на самом деле не важны были все эти передряги на кухне, бытовые проблемы и вмешиваться в обыденную домашнюю жизнь темный эльф не собирался. Но  выносить режущие слух крики было просто нереально, а вразумить виновника проблем - и вовсе на грани фантастики.
- Ты понимаешь, в чем твоя ошибка, Эсфин? - Шаграт прошел к креслу и плавно опустился в его бархатные объятия. Неторопливо открыв узкий верхний ящик стола, алхимик вытащил стопку желтоватых плотных листов и новый карандаш, остро заточенный и готовый для письма. - Ты невнимателен и беспечен, несерьезно относишься к просьбам и приказам, если только это не нужно тебе самому и если это только не что-то особенное. Как книги. Я ведь прав?
Шаграт чуть склонив голову и, не отрывая изучающего взгляда Шаграт придвинул книгу ближе к мальчишке.
- Это твое задание на сегодня. Твой почерк оставляет желать лучшего, почему бы не поработать с ним и с твоим письмом? Тебе нужно сперва прочитать то, что написано под рисунками, затем найти наиболее понравившиеся фразы и выписывать их сюда, -  к антаресу поехали листы во главе с новым карандашом, - если будет мало бумаги, я достану еще. Постарайся копировать шрифт из книги, он может показаться сложным, но ты ведь справишься, не так ли? Если у тебя нет вопросов, ты можешь идти.
Вздохнув, Шаграт прикрыл глаза. Дел было достаточно, но почему-то не хотелось заниматься бурной деятельностью прямо сейчас. Откуда такое желание получить немного отдыха при всей неутомимости темноэльфийского тела?
- И еще. Если я не наказал тебя, это не значит, что я прощаю такое поведение. В другой раз хорошенько подумай, прежде чем возьмешься даже за самую пустяковую работу, готов ли ты ее выполнить должным образом. Так, как ты сделал вчера.

57

Обреченно слушая Шаграта, Эсфин обдумывал его слова, вежливо глядя алхимику в лицо, но стараясь не натыкаться на его пристальный взгляд. Риторические вопросы не требовали ответов, с точки зрения юноши.
Но я же берусь только за легкие задания, - думал юноша про себя. Он был расстроен, однако спорить вслух с Шагратом ему и в голову не пришло. Да к тому же, у Керату такие вещи не назывались "спором", а считались обычным нытьем о вещах, которые никого, кроме Эсфина, не волнуют. Есть проблема, и есть ее виновник, прочее значения не имело. Юноша был полностью уверен, что и Шаграту детали ни к чему.
Однако правдой было и другое: юноша крайне редко ломал или портил вещи, с которыми раз научился обращаться, да к тому же, его неуемная энергия, требуя выхода, обычно старалась сперва найти безопасный путь. А невнимание... какова бы ни была причина, факт наличия невнимательности был святой правдой, по крайней мере, сегодня.
Тем не менее, сам юноша, помалкивая, наблюдал за перемещениями книги и бумаги. Задание Шаграта прямо отвечало на недавнее стремление самого антареса; лицо его немного оживилось, когда он услышал, чего хочет от него алхимик сегодня, и снова омрачилось, когда финально алхимик все же выругал его. Эсфин обычно не задумывался всерьез, браться или не браться за ту или иную задачу, если она казалась простой. Определить ее сложность с первого раза и не ошибиться в этом доме было ну очень сложно.
Не сказав ни слова, Эсфин бережно прижал к себе книгу, взял бумагу и карандаш, поклонился Шаграту и испарился с его глаз. Сейчас комната показалась ему настоящим убежищем, где антарес мог как следует обдумать сегодняшние неудачи. Однако ему редко удавалось просто сидеть и переживать; вот и сейчас он машинально открыл книгу на первой странице, намечая фронт будущих работ. Достаточно быстро книга, живо и просто описывающая повадки фауны Миста, увлекла его воображение. Юноша никогда и не знал о том, как на самом деле существуют и чем занимаются все те птички и зверьки, которых он замечал во время странствий. Он чуть не забыл о заметках, но скоро спохватился, начав переносить на листок бумаги факты, показавшиеся особо забавными; в основном, это были детали и нюансы поведения птиц. Юношу увлекало не столько строение тела, сколько те сложные отношения, которые складывались между животными одной стаи, хищником и жертвой, и так далее. Правда, записи на сей раз требовали очень много труда. Шрифт в книге оказалось нелегко скопировать. Порой юноша слишком сильно нажимал карандашом на бумагу, в другой раз путал начертание букв, и, закусив губу, переделывал все слово. Постепенно начинало выходить все лучше и лучше, но идеально ровной строчки не выходило. Ну то есть, Эсфин постеснялся бы показать Шаграту свою работу.

58

Немного подумав, чем заняться до вечера, Шаграт все же решил поработать с материалом Эсфина, но вот только для этого кроме крови необходимы были и волосы юноши. Алхимик решил пойти по самому наименее травматичному пути, чтобы не пугать мальчишку еще сильнее.  Было немного необычно прибегать к подобным методам, но и ничего другого не оставалось. Темный эльф ненадолго зашел в свою спальню и достал из шкафа костяной гребень, украшенный полудрагоценными камнями,, вещь, оставшаяся от предыдущего хозяина этой спальни.
IШаграт беззвучно открыл незапирающуюся дверь в комнате Эсфина. Мальчик трудился над заданием, сидя спиной к алхимику. Шаграт решил пока не проверять его работу, желая получить готовый результат, и сразу получить то, зачем пришел. Алхимик встал за спиной Эсфина и мягко потянул шнурок тесьмы, которая сдерживала красиво заплетенную косу. Гладкие волосы без поддержки стали рассыпаться.
- Просто сиди спокойно и продолжай заниматься. Ты же не хочешь, чтобы я отрезал их? Я не сделаю ничего плохого.
Прикасаться к серебряному шелку было приятно. Волосы антареса почти не спутывались, поэтому Шаграт легко растрепал окончательно косу рукой, пропуская гладкие прохладные прядки сквозь пальцы. Затем в дело вступил гребень, скользнувший по длинным, чуть волнистым от плетения в косу волосам мальчика, разделяя серебряную гладь на тонкие прядки, рассыпающиеся  в руках и струящиеся по спине Эсфина. Темный эльф неторопливо и деликатно проводил гребнем от висков, со лба и макушки по самой длине, собирая в частых зубцах серебристые нити волос. Зубцы гребня не были острыми и плавно закруглялись, поэтому если они и касались чувствительной кожи головы, то это не должно было быть больно или неприятно. Когда роскошные волосы антареса были причесаны и Шаграт убедился, что несколько длинных серебряных ниточек остались на гребне, он отпустил легко рассыпавшуюся по плечам мальчика массу волос.
- Вот и все. Как закончишь, найди меня и покажи то, что готово.
С этими словами Шаграт вышел из комнаты, оставив дверь чуть приоткрытой. Снова на пальцах ощущалась слестящая прохлада необычных волос светлого существа.

59

Эсфин сидел за столом и продолжал свои занятия, когда в комнату зашел Шаграт. Эсфин уже научился определять его по шагам, что было не так уж сложно в доме, где алхимику составляли компанию лишь двое слуг. Юноша хотел было обернуться и подняться со стула, как того требовала вежливость, но темный эльф уже стоял позади, легкие цепкие пальцы развязывали шнурок на волосах. Так любили делать клиенты, для которых серебристые, словно подсвеченные изнутри пряди были настоящим чудом. Юноша замер, выпрямившись на стуле, словно мышка-полевка, о которой он только что читал. Фраза, которую сказал Шаграт своим прохладным, спокойным голосом, прозвучала угрожающе. Что такое собирался сделать с ним Шаграт вместо того, чтобы безжалостно откромсать его волосы? Ничего плохого? Но антарес все равно напрягся. Спина его была ненормально прямой все то время, что алхимик легонько шевелил его гриву, рассыпая ее более свободно по плечам.
Шаграт велел читать дальше, но Эсфин не мог заниматься. Он почувствовал, как гребень легонько коснулся волос, разделяя их на пряди и расчесывая плавными, медитативными движениями. Шаграт гипнотизировал антареса, как змея - кролика, даже не глядя ему в глаза, а всего лишь затеяв возню с его волосами. Чем дольше он занимался такой работой, тем больше Эсфин невольно подавался назад, расслабленно опираясь на спинку стула. Юноша впал в некое подобие транса. В последний раз его причесывали певички из шайки Керату, давно, когда еще только учили приводить шевелюру в порядок. Он даже не мог толком описать, приятно ему ощущать подобное от рук алхимика, или страшновато, будто Шаграт владел каким-то особенным сортом магии.
Закончив свое занятие, темный эльф развернулся, и ушел, не тратя много лишних слов. Эсфин просидел неподвижно еще добрых десять минут, неверяще ощупывая волосы, словно на них мог остаться отпечаток прикосновений. Он был так взволнован, что ему пришлось силком вытащить себя из-за стола, чтобы переделать прическу. На сей раз он оставил волосы распущенными, отведя височные пряди назад и завязав все тем же шнурком, чтобы густая серебряная грива не падала ему на глаза и не лезла в записи.
В итоге работа над текстом не клеилась. То есть, юноша достиг определенных успехов, но строчки по-прежнему оставались кривоваты, в них не было легкости, вызванной привычкой. К тому же, он несколько раз переписывал итоговые листочки, чтобы получилось без ошибок. Совершенно измучавшись, Эсфин поглядел в последний раз на итог, с ненавистью сгреб пергамент и вместе с книгой отправился искать Шаграта. Ведь тот все равно захочет увидеть задание, каким бы оно не оказалось.
Разузнав у дворецкого, что алхимик работает в кабинете, антарес отправился к нему. Отворив дверь, он с тяжелым вздохом предъявил темному эльфу книгу и странички текста.

60

Для первого опыта с материалом светлого существа тех серебряных нитей вполне хватило. Шаграт в лаборатории провел недолго, совершив несколько экспериментальных тестов, после чего отправился в кабинет записывать результат, чтобы сравнить его с исходными теоретическими формулами.
За этой работой и застал его вечером Эсфин, уставший и тяжело вздыхающий. Вид у мальчишки был немного удрученный, а роскошные волосы не заплетены обратно в косу.
- Тебе не нравится результат? - отложив в сторону стопку небрежно исписанных чернилами листов, Шаграт взял работу антареса. На этот раз прогресс был налицо - старательно выведенные буквы, конечно, не в точности копировали каллиграфический текст из книги, но выстраивались все в более ровные ряды и больше были похожи на нормальное написание.
"Это очень подвижные, задорные и неуживчивые птицы, обнаруживающие чрезвычайную смелость в нападениях на сравнительно крупных птиц, особенно в период вывода птенцов", неплохо, - пробежал по строчкам второго листа темный эльф, отмечая, что Эсфин выбирал действительно наиболее познавательные и интересные факты, правда, не уточняя, про какую конкретно птицу пишет. Но алхимик и не требовал от мальчика, который лишь познает азы письма и чтения, еще и умений классифицировать и упорядочивать знания.
- Твое стремление к лучшему результату похвально, но стоит недооценивать себя - ты справился лучше, чем я ожидал. Тебе лишь нужно расслабить руку, когда ты пишешь, и не думать о правильности соединения букв, позволяя руке соединять их самой так, как удобно писать. Ты позже поймешь, о чем я говорю.
Откинувшись на спинку кресла, Шаграт посмотрел на свои записи. Основная работа была закончена, и, несмотря на то, что антарес провинился днем, награда была заслужена. Чуть склонив голову, алхимик прищурился, смотря мальчику в глаза.
- Стало быть, ты заслужил не только похвалу, но и награду? Я тебя слушаю.


Вы здесь » Последний Шанс » Архив Дагора » [15.12.1439] «Загородный дом Ранхильда Нуарро»