Последний Шанс

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Последний Шанс » Архив Дагора » [27.12.39] Гражданин, пройдемте!


[27.12.39] Гражданин, пройдемте!

Сообщений 1 страница 22 из 22

1

Место: Дагор, Дом Антонио Моретти - Храм Татеса
Время: 27 декабря 1439
Действующие лица: Антонио Моретти, непись, по желанию - Аодхфайонн Сэзриоль

О следствиях, экспериментах и месте мотива личной мести в истории отдельно взятого Дагора

2

Многим кажется, будто все беды в их жизни случаются лишь от незнания того, что ожиает за следующим поворотом. Но утверждение это вкорне неверно. Знание само по себе не дает никакой возможности избежать того что должно случиться. Когда наперед знаешь что тебя ждет самое сложное вести себя так, будто бы пребываешь в счастливом неведении и ни в коем случае не торопиться совершить задуманное. Времени хватит только лишь в том случае, если вам удасться удержать себя от паники и бесполезного трепыхания конечностями.
Тони надеялся что у него это получается.
Горечь прощаний уже немного притупилась и выходя в заросший розами город со своей юной спутницей, ему даже не пришлось искать в себе силы, чтобы улыбнуться ей. Моретти никогда не подозревал, что маленькая девочка, которую он так случайно нашел и так отчаянно баловал, окажется такой рассудительной.
Она не задавала ему лишних вопросов. Признаться, Антонио не успел заготовить для нее ответов - только для ее отца, по крайней мере того, кого можно было бы так называть. Впрочем, ни нынешняя оболочка, ни содержание ее демона не интересовало.
Боги убереглиего от третьего по счету прощания за эти несколько дней - к тому моменту как Антонио Моретти покинул дом старого знакомца, небо давно потемнело, а Стефания как и все воспитанные маленькие девочки уснула в своей постели.

Вернувшись домой ближе к полуночи, мужчина с изрядной долей радости встретил темные слепые окна. Слуги все же вняли гласу разума (а быть может просто испугались того змеиного шипения вперемешку с потоком брани, с которыми хозяин выпроваживал их из дома) и разбежались по рожным и знакомым. Хорошо бы этого послушания хватило на пару-другую дней.
Антонио не стал разжигать огня или подниматься наверх. Луна подсматривала в окно и света ее вполне хватало чтобы не переломать ноги, разгуливая по комнате. Самому демону не требовалось и такого света - в своем доме, своей крепости, он мог бы блуждать с завязанными глазами, не опасаясь оступиться ни разу. Но господа инквизиторы, или те, кого они пошлют за ним вместо себя, вполне могли оказаться не готовы к подобным приключениям. И это несомненно отразилось бы в будущем на здоровье самого Антонио, тут и прорицателем быть не нужно.
Своих ночных гостей Моретти остался ждать внизу, лишая их не только азарта погони за беглецом, но и всякой на то надежды. Возвращаться в Храм ему не хотелось, но глупо было бы думать о том, что господа инквизиторы соблаговолят побеседовать с ним за кухонным столом.
- Благодарю что не заставили себя ждать, господа, - откликнулся Антонио на едва различимый заук открывшейся двери. За то, что его конвой благоразумно не стал будить половину Опаловой он тоже был безмерно благодарен. Слухи о собственной персоне не нужны были ему даже в мнимом посмертии. - Проходите, прошу. От двери направо, десять шагов.

Отредактировано Антонио (2013-05-07 12:05:54)

3

Мангусты

Мангусты - это тайная полиция Инквизиции. Здесь работают оперативники, призванные к выявлению всего того, что скрыто, будь то преступления против короны, шпионаж, подробности крупных тяжб. Чаще всего оперативники здесь обладают дополнительными навыками вора. Иначе просто делать тут нечего.
Трое.

A wizard An Inquisitor is never late...
- Давайте наоборот, господин. Десять шагов и дверь налево. Вы все равно уже собрались.
Утверждение.
Голос был сравним по звучности с шепотом открывшейся двери. Мангусты не торопились внутрь, но и не содавали толпы у входа - как их и предупредили, их визит не оказался сюрпризом, но острое чутье подсказывало каждому из них: возможно драки не будет. Дом можно будет проверить потом (делать это в отсутствии хозяина и привычнее им было, и проще), а пока что...
Двое слились со стеною, неразличимые в густых ночных тенях для тех, кто не умеет смотреть и видеть. На просто хорошее ночное зрение мангусты управу нашли давно. Один, старший, одетый как обычный зажиточный горожанин, остался у двери, почти неслышно постукивая носком туфли по дверному косяку, словно отсчитывая время. Говорили, что хозяин дома хром. Хром, это значит, что у него есть палка, что он не сможет перемещаться бесшумно... и быстро. Если только внутри - хозяин. В эти смутные, дурно пахнущие мертвечиной времена в доме, даже у господина Моретти, может оказаться кто угодно.
Стук-стук-стук по деревянной боковине. Так тихо, словно это топоток шагов неорины. Тук-тук-топ. С таким звеком проходит время или капает вода. Тюк-тюк-тюк. Проходит несколько минут и две замершие у дома тени придвигаются ближе. Они не хотят шуметь, но и ждать слишком долго не будут.
Где-то вдалеке раздаются одинокие пьяные вопли. Дагор поминает и потребление вина в этом, совсем не славящемся трезвостью, городе выросло за последние два дня втрое. Дагор пьет много и тихо, не выплескивая себя ни в драках, ни в шумных лихорадочных попойках, словно копит злость и горе.

4

Тони не был бы собой, не умей он, когда это необходимо, прогибаться под других. Как, например, в этом случае, когда сопротивление было мягко говоря бесполезно: при том что злость, которую все еще копил Дагор, в нем самом уже давно лилась через пробитые бреши. Не в самообладании, к счастью. Иначе получить бы господам инквизиторам по спинам, пусть это и не прибавит ему шансов на хоть какое-то возвращение домой.
Моретти не стал заставлять их ждать больше положенного времени. Мангустам надо было отдать должное, они не слишком то торопили его.
Знать бы еще отчего? По приказу, из нежелания устраивать сцен на публику или из, смешно даже подумать, вежливости? - подобные мысли могли бы развлечь Антонио, но не в этот день.
- Ничего не имею против. В конечном счете выходить мне так или иначе придется. Верно?
Тони шел куда тише, чем от него могли бы ожидать, а трость он и вовсе оставил у дверей. Долгие прогулки под луной не совсем то, зачем обычно заглядывают гости из Храма. Тони говорил, чтобы господа инквизиторы не подумали, будто их поджидает кто-то другой, а выходя даже поднял вверх руки, показывая что безоружен и совсем не собирается поливать их огнем или поджаривать молниями.
Впрочем, будь у него желание, он мог бы попытаться усыпить их всех или задурманить головы. Только вот это не решило бы проблему, и Антонио всего лишь сделал бы приличных размеров крюк, до того как попал бы в пункт назначения.
Все дороги для него в эту ночь вели в Храм.
- Я надеюсь, что переворачивая мой дом вверх дном, вы все же будете достаточно оторожны, чтобы не повредить некоторые... не принадлежащие мне ценные вещи, -  безошибочно угадав старшего по голосу и манере держаться, которую не спрячешь под гражданской одеждой, демон медленно протянул ему сложенный вчетверо лист, невесть откуда появившийся в ладони. - Иначе, боюсь, их владельцам придется выставить Его Милости счет за урон нанесенный частному имуществу. Это список, постарайтесь не разбить ничего из того что в нем указано. Берите, не бойтесь. Бумага не отравлена.
В словах Моретти не было ни грамма иронии, и те кто знал его чуть более близко без сомнения могли сказать, что оценщик говорит на полном серьезе.
- И вот еще что, - на несколько секунд Антонио нахмурился, будто раздумывая над тем, стоит ли говорить. - Скажите своему помщнику, чтобы не переживал насчет той стеклянной фигурки, которую он разобъет. Она мне никогда не нравилась.

Отредактировано Антонио (2013-05-07 14:27:46)

5

Мангусты, числом три
- Верно. Я рад, что вы правильно оцениваете ситуацию. Очень.
Жест с поднятыми руками оперативник оценил совершенно верно. Первым же движением на плечи вышедшего был накинут легкий серый плащ - форменный и служебный, делающий ведомого внезапно старшим по званию в этой смутно различимо компании. Только потом он принял бумагу, обернув перед этим руку в перчатке полою темного плаща. Слова ничего не значили в работе мангуста, зато бумаги...
- Мы повредим не больше чем это в таких случаях положено, господин. Надеюсь, вы будете довольны.
Борьба с тем, что потом, если Мист доживет, будет называться мудреным словом "экономические преступления", учила любого из мангустов такту, выдержке, а также (причина, по которой из послали именно сегодня и именно сюда) сохранению внешне хороших отношений с подследственным. Горячее железо, холодное сердце и много холодной воды через неподходящие для этого отверстия в собеседнике - нет, это не было их методом.
- В любом случае, вам будет положено возмещение испорченного... в разумных пределах... и, разумеется, только в том случае, если вы оправдаетесь и конфискации имущества, как и дарственной в пользу Храма, не случится. Но это не прозвучало вслух.
- Прошу вас... Старший, словно заправский телохранитель, проводил извлеченного из дома хромающего господина к спрятавшемуся за первым же поворотом экипажу. Колеса его, вещь невиданная для Дагора, были обиты тканью, как и копыта влекущих его лошадей - оттого звуков он практически не издавал и давал повод к пересудам о призрачной карете. Хотя мало ли слухов в Дагоре?
Стоит только закрыться за господином Моретти глухой стенке возка, как он резво и совершенно бесшумно двинется в сторону Храма. Всё путешествие займет чуть больше четверти часа, но въедет этот экипаж отнюдь не через парадную дверь.

6

- Вы уж постарайтесь, - покивал Тони, плотнее запахиваясь в плащ.
Экипаж был скорее приятным дополнением к телохранителям нежели наоборот. Перспектива проехаться по городу уложенным поперек седла как похищенная невеста господина Моретти совершенно не прельщала.
- Очень мило с вашей стороны, - пробормотал он, а позже, рассмотрев ухищрения по борьбе с шумом на ночных улицах, добавил. - И крайне предусмотрительно. Право, господа, вы заставляете меня думать о себе вдвое лучше чем следовало.
Дорога не заняла много времени, но стала настоящим испытанием для всех кто находился в повозке.
Для Антонио - потому что он не знал, какими даром могут обладать его соседи по скамье, и оттого трещавшего безумолку. Он говорил то, что думал и думал то, что говорил, не позволяя своей голове заполниться чем бы то ни было крамольным, оскорбительным или хуже того, хотя бы условно политическим. Тони радовался, что перчаки хорошо закрывают ладони - узнавать занимательные истории о тех, кому прежде довелось путешествовать в этой "карете" ему совершенно не хотелось.
Конвойным же приходилось выслушивать весь этот поток занимательной, но совершенно ненужной им информации.
Мангусты в равной степени могли счесть, что ввереный их заботам господин разминает язык перед главной беседой своей жизни.
Ну, или тронулся рассудком. Что тоже не мудрено.
Самым приятным был, пожалуй, тот момет, когда господину Моретти взбрело в голову перемножать трехзначные числа. По счастливой случайности делал он это в голове и не издавая никаких посторонних звуков.
Еще приятнее было разве что окончание пути.
Храм встретил господина Моретти знакомым оглушающим безмолвием и леденеющими ладонями. И дело было не в благоговении перед монументальным сооружением или божественной милостью - так что не имело никакого значения входишь ты черезпарадную дверь, или черную. В некотором роде, черная была даже предпочтительнее: шанс узнать Храм с другой стороны казался неплохим откатом. Однако же вертеть головой демон себе не позволил, справедливо полагая, что в таком случае его не преминут облагодетельствовать еще и мешком на эту самую голову.
Уже на пороге, он бросил старшему еще только одно, без ответа зная, что не в компетенции мангустов решать подобные вопросы.
- Если я войду туда, то стану бесполезен покуда меня не выпустят. Надеюсь, тот, кто вам приказывает, знает об этом.

Отредактировано Антонио (2013-05-07 15:34:15)

7

Мангусты, числом три.
- Первый раз вижу, чтобы искусство беспрерывной болтовни было даровано Древом или магией.
Это была единственная реплика, которую позволил себе сопровождающий, да и то уже на самом пороге. Мангусты никогда почти не занимались лично долгими допросами, работая все больше с документами или колото-резанными ранами. Взлом. Шпионаж. Разведка. Но прослушивание жизнерадостного лепета и поспешного трындежа в исполнении господина Моретти не являлось для них привычным делом. На десятой примерно минуте поездки один из оперативников (молодой и неженатый) принялся ритмично потряхивать головою, словно бы намереваясь биться скрытой капюшоном головой об стенку возка и только сверхусилием удерживая себя от этого. Самому старшему из троицы, немного побледневшему, происходящее внезапно напомнило события примерно трехсотлетней давности, когда сватала за него тётка свою приживалку. Девица была прехорошенькая, но саму тётку, как и доставленного на порог Храма господина, заткнуть было решительно невозможно.
"Как у них только язык узлом во рту не завязывается?" - подумал мангуст и решительно подтолкнул конвориуемого через порог. Мысль о том, что этот болтливый господин потеряет дар речи вызывала смутное внутреннее удовлетворение.
Третий из оперативников вообще возка не покинул - судя по случившимся далее вокруг событиям, был он из практикантов и как раз того профиля, что пришел хитроумному демону в голову. Но того, как его отпаивали напарники господин Моретти не будет иметь шанса увидеть: двери Храма бесшумно и неотвратимо захлопнулись за его спиною. Чтобы никаких сомнений в собственном статусе у Антонио не оставалось, неизвестный архитектор древних времен никаких конструкций, позволяющих отпереть дверь изнутри не предусмотрел.
Впереди (а никаких других направлений не имелось) расстилался тёмный, слабо подсвеченный дальним факелом коридор, в конце которого наблюдался некто, удерживающий единственный факел в руке. Рассмотреть его против света было не под силу и демону.

8

Слов конвойного Антонио то ли не заметил вовсе, то ли умышленно оставил их быз внимания, не рискуя перескакивать с любимого конька на неприлично короткий диалог, который и назвать-то так язык не повернется.
Невежливые тычки в спину, последовавшие за монологом демона, довольно однозначно дали ему понять, что он достаточно попортил крови служителям Татеса. Но сделал это совершенно непреднамеренно, сами понимаете: зомби, погони, убийства, арест опять же - тот еще стресс. Однако, от полной мстительного удовольствия улыбки удержаться ему удалось с трудом.
- Потушили бы вы свою дубину, уважаемый, - прикрыв глаза рукой посетовал Моретти. После ночной темноты даже одинокое пятно света слепило глаза. - Ни мблока не светит, один чад.
Смотреть в лицо этой подпорки для факела Тони даже не пытался. Много чести, будь он хоть трижды служителем Татеса. Даже в отсутствии своего дара и наполовину лишенным зрения, распознать в нем мелкую по меркам инквизиции сошку для Антонио не было таким уж сложным делом.
Но неровный свет пламени был только малой каплей из вороха неприятных вещей уготованных инквизиторами для Антонио. За тяжелой дверью, захлопнувшейся с той же неизбежностью что и первая, его втретил свет куда более яркий. А спустя миг к свету прибавились пропитавшие воздух и буквально ставшие им запахи крови и зелий, о составляющих которых арестованный старался не думать не смотря на свой крепкий желудок.
- Чего ради? - глухо поинтересовался он глядя на очередного привратника и не особенно надеясь на ответ. Кажется все здесь были наслышаны о том, что лучше делать вид будто ты оглох на оба уха и тогда, может быть, участь мангустов обойдет тебя стороной. - Я не целитель, да и будь им: ваши проклятые камни не дали бы мне колдовать. Хватит играть в шарады, господа, - выказал он свое недовольство выстроившимся вдоль стен теням. Вряд ли кто-то еще обратил внимание на эти слова.
Чего ради они привели его сюда, где он мешает лекарям заниматься своими обязанностями и всерьез угрожает раненым, принося на себе дыхание еще не до конца очищенного города.
Ему не было больно смотреть на искалеченных и умирающих. Просто от острого запаха щипало в носу. Оказавшиеся в храмовом лазарете несчастные были ему чужими, а общая беда, сплотившая всех их, так же легко развела дагорцев по разным сторонам.
Ему совершенно не думалось, будто появление здесь должно задеть его за душу или больно уколоть. Распрощавшись со всем Антонио кажется стал черствее камня, из которого были сложены стены Храма.

Отредактировано Антонио (2013-05-08 12:41:55)

9

Новое лицо

http://s08.radikal.ru/i181/1008/b3/e4ae68e0c33e.jpg
Сарторис, Элёд - хороший работник, отличный дагорец и просто Серый плащ.

- Не стоит так реагировать. Никаких шарад, Вас просто привезли сюда чуть раньше, чем я освободился...
Голос, слишком мягкий и властный для лекарского и слишком уж отчетливый для случайного раненого, раздавался от дальней стены. Именно там и происходил допрос очередного обитателя лазарета - Элёд работал, обложившись бумагами и копиями предыдущих показаний. Тело или то, что от него осталось, распростертое на простынях, обложенное компрессами, перетянутое бинтами, не производило впечатление живого... или собирающегося жить сколько-нибудь долго, поэтому допросчик сперва завершил свою работу, склонившись над умирающим - задал несколько совсем неслышных вопросов, явно получил ответ и подпись под записанным в виде отпечатка пальца и только потом, поднявшись и дав место лекарям, принялся собирать свои вещи. Упаковать их оказалось делом нескольких мгновений и скоро, очень скоро, Серый плащ уже был около господина Моретти.
- Идемте. Поскольку Вы-то на ногах отлично держитесь, поговорим без запахов лазарета.
Тем более, что идти было всего ничего - буквально через два поворота нашлась и тихая комната, и стол для бумаг, даже два стула вполне крепкой конструкции завершали мебелировку. В "чистой" камере даже не пахло.
- Прошу Вас. Надеюсь на вполне плодотворную беседу... Мы с Вами виделись, но давно - стоит ли представиться ещё раз, или у Вас отличная память?

10

- Неужели меня удостоили высочайшего доверия наблюдать за работой дознавателя? - без тени восхищения оказанной ему честью поинтересовался демон. По всему выходило, что отпускать его в здравом уме и твердой памяти никто не собирается. Это было неприятно, крайне неприятно, но ожидаемо. - Вот уж не думал, что буду беседовать лично с вами, господин Сарторис.
Этого... как бы сказать помягче, клеща, Антонио может быть не слишком хорошо знал, но зато очень хорошо помнил.
О нем особенно не трепали языком на улицах: во-первых, потому что не настолько публичная это была фигура, а во-вторых, потому что из-за таких разговоров, языка вполне можно было лишиться. А язык во рту у большинства мистчан был один и они немало им дорожили.
Именно Сарторис несколько раз наведывался к нему для "развеивания мрака над прошлым" и за какие-то несчастные пару часов успевал выжать Моретти как белье после стирки. Впрочем, Тони не лишком печалился об этом. Куда проще и безболезненнее согласиться помочь служителям Татеса, чем ждать нож в бок каждый раз проходя по вечерней улице. Неофициально, разумеется. Вернее - в рамках своей профессии. Документально заверенные рабочие отношения с Храмом для того общества в котором вращался Антонио были хуже клейма "вор" выжженого на лбу. Тому, кто путался с Инквизицией, вход во многие и многие дома Дагора был заказан. И это не смотря на то, что буквально каждый дагорец относился к Татесу и его жрецам с плохо скрываемым благоговением. По крайней мере, когда жрецы могли это увидеть.
Дагор был городом лжецов и это относилось, пожалуй ко всему. Говорящие правду здесь ценились на вес золота и держались в клетках, для всеобщей безопасности. Те кто мог себе это позволить - выстраивали свою клетку сами и держали ключ поближе к сердцу.
Скользнув безразличным взглядом по занятым телами столам и склонившимися над ними медиками, Моретти прошел вслед за своим собеседедником. В той комнате, куда его привели дышалось легче, но Храм все так же сковывал его.
- Если память не изменяет мне, последний раз мы виделись больше года назад. Вы все чаще присылаете ко мне своих мальчиков, а они, бьюсь об заклад, забывают половину подробностей по дороге обратно, - Антонио опустился на стул и, разгружая, вытянул ногу под стол. Вполне возможно, что там же моглим оказаться длинные ноги Сарториса, который отличался не менее внушительным ростом, но за это "место под солнцем" демон готов был побороться и с самим Первым Инквизитором. Нога начнала ныть и это несколько отвлекало его от предстоящего разговора. - Так о чем вы хотели поговорить? Ближе к делу, что-то подсказывает мне, что беседа затянется до утра.

Отредактировано Антонио (2013-05-08 13:06:42)

11

Новое лицо

http://s08.radikal.ru/i181/1008/b3/e4ae68e0c33e.jpg
Сарторис, Элёд - хороший работник, отличный дагорец и просто Серый плащ.

- Вот именно поэтому я предпочёл в этот раз пригласить Вас к нам. Неофициально, конечно, но чтобы не расплескать по дороге все те ценнейшие сведения, которыми Вы можете поделиться с Храмом. Речь уже не об Инквизиции...
Судя по движениям Эльдэ за прошедшее время он все, что только мог - отсидел. Взгляд, который дознаватель бросил на стул только подтверждал эту гипотезу. Сарторис не сел, он оперся руками на спинку стула, выгадав сразу по двум параметрам - на Моретти было удобнее взирать сверху вниз и, кроме того, не было нужды лягаться под столом ногами. Такие примитивные методы доминации были не для Серых плащей, но отсидеть ещё пару часов Элёд банально не желал. А желания инквизитора и удобство допросчика превыше дурацкой "демократии".
- В самом начале нашего разговора, а он, напомню, пока неофициальный, Вам и нам не понадобятся Ваши... таланты. Меня интересует: где Вы были в момент появления зомби, предпринятые Вами шаги, наблюдения любого рода, указания известных Вам выходов на поверхность... проще говоря - мне нужно всё содержимое Вашей головы за последние несколько дней - потому что Вы наблюдательны, памятливы.. и живы. Поскольку Вы здесь пока как свидетель... на данном этапе записи вестись не будут, поэтому не ограничивайте себя в объемах информации.
Пальцы Сарториса сложились в замок. Сам вопрошающий тоже устроился покойно и удобно - слушать он собирался долго и внимательно.
- Если Вы знаете виновных... или подозреваете их,... Ах да, - начало фразы повисло в воздухе, - разумеется, при необходимости сюда будут доставлены карты города и планы известных подземелий.

12

- А о Дагоре? - Моретти скрестил руки на груди и вздернул подбородок, внимательно глядя дознавателю в глаза.
Значит все-таки допрос? - и как реакция на мысли нервно дернувшийся угол рта. А может быть, Сарторису это только показалось.
Сама попытка пронять Тони патриотическими высказываниями казалась смешной. У того кто большую часть жизни провел в разъездах по всему миру нет и не может быть дома. По крайней мере в значении слова "родина".
- Не поймите меня превратно, но тут это не играет роли. Оставьте показной патриотизм кианцам. Впрочем, так или иначе, какая разница... С вашего позволения, начнем с конца? На этот счет у меня куда меньше информации чем хотелось бы. Я более чем уверен, что за всем этим стоит Орден. Но доказательств у меня, увы, нет.
Пока нет. Но и ошибиться было бы совсем не горько.
- Что до выходов... о каких именно выходах идет речь? Вам не хуже меня известно, что мертвецы лезли из каждого третьего дома, обделенного каменным подвалом. Но это просто крысиные лазы, не более. Если же речь идет о выходах, или... правильнее сказать, входах в подземный город, то с чего вы взяли будто я о них знаю? Но об этом после? По крайней мере после того как у нас будет карта. А теперь, раз уж вам так интересна моя биография последних дней...
Для того чтобы собраться с мыслями и припомнить детали требовалось некоторое время и Антонио был рад, что Сарторис предоставил ему это время, не пытаясь ускорить процесс широким арсеналом заплечных дел мастера.
И все же, за последние несколько дней случилось так много всего, события и их восприятие наложились друг на друга и демону приходилось прилагать немалые усилия чтобы разобраться в этой мозаике. Оставалось лишь радоваться, что он не обладал даром абсолютной памяти - абсолютно бесполезной в стенах Храма. Иначе сейчас он бы уже бился головой о (кажется, дубовую?) столешницу. А так мучения ограничились потиранием переносицы и закрытыми глазами.
- Я был у ворот Храма. С Шандером Мильшан, - наконец отняв пальцы от лица произнес демон. - На площади, как раз когда они двинулись из переулка... Знаете, я не думаю что хоть кто-то из нас застал тот момент, когда все началось. Пожалуй, карта понадобится уже сейчас, иначе вы потеряетесь в тех петлях, которые я накручивал по городу.
Он замолчал, ожидая распоряжений и пытаясь извлечь из памяти больше подробностей.
- Мертвецы шли к Храму группой. Очень... разношерстной. Кто-то уже прогнил до костей и потерял отдельные части тела, а другие - рваные раны и кровь. Свежие трупы. Чистые. Думаю их убили уже на улице, на подходах. Перед тем как войти в Храм мы упокоили нескольких - разбили им головы. Ваши коллеги тоже не сидели без дела. Простите, вы не будете против если я..?
Дальнейший рассказ затрагивал темы от которых нельзя было увильнуть, но поминать которые не хотелось. Однако желания допрашиваемого как правило никого не интересовали. Так может быть они позволят ему небольшую слабость?
- Помогает выстраивать мысли в правильной последовательности, - попытался оправдаться Антонио, вертя в руках трубку. Одна трубочка еще никого не убила, верно?

Отредактировано Антонио (2013-05-09 15:14:06)

13

Новое лицо

http://s08.radikal.ru/i181/1008/b3/e4ae68e0c33e.jpg
Сарторис, Элёд - хороший работник, отличный дагорец и просто Серый плащ.

Я знаю, что ты знаешь что я знаю... (с)
- В Дагоре? - бровь Эльдэ едва заметно сдвинулась вверх. Уж не принимает ли господин Моретти его за идиота, пышущего идеологически выверенными патриотическими речами перед неофитом? Это было бы странно - как бы ни происходили их предыдущие встречи, а дураком Антонио не казался даже когда очень хотел. Может быть поэтому он и не перевел всё в шутку, возразив тихо и вполне серьезно:
- Нет, не в Дагоре, конечно же... В тех, кто его населяет.
Карта показалась почти сразу - молодой послушник, совсем мальчишка, торопливо водрузил озанку свертков на стол, зыркнул глазищами в сторону сидящего, но, поймав на себе цепкий взгляд инквизитора, ускользнул за дверь стремительно и бесшумно. Сарторис же расстелил один из свитков, самый старый, с исчерканными странными "проходами" улицами и тщательно отрисованными планами чего-то под помеченными крестом домами.
Попытки отречься от неположенного знания Сарторис не прерывал - ему было совершенно не интересно узнать, почему именно господин Моретти не должен знать про подземные входы - достаточно было просто того, что тот про них знал.
- Карта - вот. Вы вышли к Храму справа или слева? - узкий палец инквизитора упирался в изрядного возраста пергамент, второю ладонью он прижимал край раритета к столу, поэтому появление на столе кисета с отнюдь не просто табаком следовало списать на магию, или, с учетом места действия, на божественное вмешательство...

14

В дагорцах, стало быть, - Моретти поднял глаза к потолку, как бы спрашивая "Татес, и за что мне такое счастье?". Быть "спасителем" или "героем" ему совсем не улыбалось, но все аргументы по этому поводу были известны разве что Ланье, который как сквозь землю провалился. Что с учетом последних событий вполне могло оказаться правдой.
- Справа. А улица с которой вышли мертвецы... эта, - Тони, насколько это было возможно, наклонился над картой, чтобы разобрать начертанное мелкими буквами название. - Черная. Это ведь старое название? Еще Первой Эпохи, если память моя не лжет.
Демон мимолетно глянул на мальчишку и с некоторым удивлением узнал в нем того, кого каких то семь лет назад продал старому барону. Исключительно для помощи в ведении дел - мальчишка был весьма смышленым и исполнительным, а ко всему прочему отличался неистребимой любовью к книгам и прочим рукописям. У барона, кажется, был старший сын, в ту пору пропадавший в кадетском корпусе.
Выходит этого он тоже назвал сыном. Иначе в инквизиторы не пробиться. Надо же, помнит еще, - размышлялон, потянувшись к любезно предложенному Сарторисом кисету. Запах у этого табака был весьма специфический, чтобы понять это не пришлось даже раскуривать трубку.
Ну что же, может оно и к лучшему.
Наболтать лишнего Тони не боялся. В конечном счете - не первый раз замужем.
- Судя по всему у вас тут вычерчен план первого яруса подземелий. Довольно подробный, надо сказать. Но старый, - заметил Моретти, выпуская первое кольцо дыма и ногтем прочерчивая на пергаменте полосу. - Этот коридор давно обвалился. А этот, - еще одна засечка. - Заложили орденцы. И тут никаких сомнений нет. Что-то еще?

15

Новое лицо

http://s08.radikal.ru/i181/1008/b3/e4ae68e0c33e.jpg
Сарторис, Элёд - хороший работник, отличный дагорец и просто Серый плащ.

- Да, это старая карта. Но ведь предполагалось, что Вы не в курсе и не знаете входов и выходов. При таком условии новая и подробная карта была ни к чему... - Элёд не врал, зачем бы ему? Просто расстелил рядом еще один свиток, куда более тонкой выделки, куда более новый и яркий. И во много раз более подробный.
- Выход с той улицы, что была Чёрной уже полгода как заделан - хозяин ставил там новые двери в подвал... Мертвецы были сухими, или мокрыми? По одежде судя - кто? - палец дознавателя потеснил демонический коготь на просторах пергаментов:
- У следующего ближнего спуска была прачечная, а у соседнего - сухой подвал. Его в пользование взял хозяин того погребка, что на углу Опаловай - хранил там свои бочки. Бочки остались целы...
За информацию, однако, следовало платить и Сарторис не собирался быть скуп. Здесь, на своей территории, он даже готов был выдать аванс ради будущего барыша.
- Орден уже перекрывает все известные нам проходы. Последний лаз в нижний ярус из города будет заделан... думаю что послезавтра. В крайнем случае через три дня. И, возвоащаясь к причинам и следствиям... Введите!
Последнее слово адресовано явно было не Моретти. Во всяком случае ввели - точно не его. Двое безликих, хвала капюшонам, служителей, втащили значительный и тяжелый мешок, их которого торчала нижняя часть туловища человекообразного существа. Скорее всего - эльфа. И, явно, не светлого. Это же подтвердилось, когда новое действующее лицо усадили на стул и стянули с голову мешок. Зеленые глаза, светлые жесткие волосы, характерная форма ушей. И, дополнительным пунктом в списке для опознания - светлые татуированные лилии по всему видимому телу. Впрочем, во общему виду судя, этот трофей еще в оборот не взяли - принесли как есть, непытанного.
- Ваше?

16

- К чему эти игры? Мне было показалось, что мы на одной стороне, и вы без моего подтверждения прекрасно знаете что именно мне известно. Вас должны были интересовать детали, - Антонио удивленно приподнял бровь. Отчасти это удивление было притворным - сложно было ждать другого от Инквизиции. Однако же они знали его и знали довольно хорошо, чтобы понять и уловить ту тонкую грань между "не знаю" и "не знаю стоит ли вам рассказывать". Определенно, в словах о входах и выходах прямо таки сквозило второе.
Но то ли Сарторис оказался слеп и глух, то ли следовал правилам игры, установленным теми, кто стоял в иерархии многим выше него. И здесь, Тони тоже ставил на второй вариант.
Новый участник разговора, впрочем, вернее было бы назвать его предметом интерьера, и вправду заставил господина Моретти удивиться, да так, что вопрос на ответ нашелся далеко не сразу.
- Свое собственное, с счастью, - покачал головой демон и закусил загубник. - Пошарьте за пазухой, у него должна быть вольная. Если он, конечно, не сподобился ее потерять.
То, что этот малый не сбежал так быстро как только мог, получив долгожданную свободу, было странно. А вот то, что тот вляпался в новые проблемы было совсем не удивительно. Иным такое буквально написано на роду.
О пропавшей девушке Моретти и вовсе не вспомнил. Сколько их у него было не перечесть.
- Орден цепляется за жизнь с завидным упорством, - поморщился Антонио так, будто речь шла о крысе. - И, разумеется, орденцы сделали все, чтобы откреститься от случившегося. Но есть и те проходы о которых вы не знаете, потому что никогда там не были. А я... бывал, может быть пару раз, но очень хорошо их запомнил. Один из них идет так, - Моретти с деланной беспечностью шлепнул дознавателя по руке, призывая того убрать ее от карты подальше и не загораживать интересующий участок. Палец его вел по  карте дорожку, изредка забирая крутые петли, но неотступно двигаясь к центру города. - Он выходит в старый дом Вернера, но там лаз наверняка давно закрыт. Только вот у этой дороги не один выход. И даже не два. Она оканчивается площадкой и дальше путь круто забирает вверх, разделяясь на десяток троп. Пролезть по ним довольно сложно, но все они ведут в начало Черной улицы, а там довольно много мяса, спящего прямо на улице. Думаю по ней они прошли маршем. И уже после вышли к Храму. Потому то они и были "мокрыми". От крови и... не только. Помои в том районе все так же выплескивают прямо из окон.
Оставалось только надеяться, что эльф окажется достаточно разумным, чтобы держать рот на замке и не прибавить ему проблем. В противном случае пришлось бы поторговаться с Сарторисом о том, чтобы этот "без сомнения прекрасный образец" побыстрее пустили на опыты.

Отредактировано Антонио (2013-05-14 15:26:55)

17

Офф

написал, что эльф не знает, куда попал, по крайней мере пока? или стоит написать, что он догадался, где он?

Держи голову выше! - сказал палач осужденному.
Когда неожиданно получаешь свободу, многие года даже не рассчитывая на нее, невольно теряешься. Фенрис абсолютно не знал, что ему делать, чему себя посвятить. Казалось, у него пропала цель в жизни. Ему не хотелось уезжать из Дагора – он слишком привык к нему. Кроме того, он был не беглым рабом, он получил вольную. К чему тогда убегать, спрашивается? От чего? Впрочем, как вскоре выяснилось, есть от чего, вернее, от кого. После выполнения последних поручений своего бывшего господина, эльф решил некоторое время задержаться в Дагоре. Никогда, никогда он себе в этом не признается, но ему присуща сентиментальность – хотелось попрощаться с городом, с его улицами – кривыми, темными и яркими, большими, с его жителями – нищими, что сидят в грязных проулках, с богачами, надменно расхаживающими  возле своих особняков… С шумным рынком, с трактирами,  даже с уличными кошками и шелудивыми псами. Слишком много здесь с ним случилось. Ничего хорошего, но все же – это была целая глава в его жизни. Эта жизнь изменила его. Волей неволей остановишься и задумаешься.
Однако, в данный момент, эльф был склонен проклинать свои чувства и медлительность – нужно было быстрее уносить отсюда ноги. Его снова лишили свободы. Свободы, в которую он еще не успел даже до конца поверить. Когда его схватили, эльф вырывался подобно животному: отчаянно, безумно, совершенно не думая о тактике и последствиях. Как бы сильно он не отбивался, его все же скрутили. Застали врасплох, как какого-нибудь юнца - подумать только! Фенрис был вне себя от ярости на своих захватчиков, на себя самого. И вообще на весь белый свет, что уж так мелочиться. Все пошло прахом. Неужели, неужели неприятности никогда не оставят его?! Один старый моряк, еще когда Фенрис служил на корабле, любил приговаривать: приключения – это неприятности, которые сами тебя находят. Что же, Дрей был сыт ими по горло.
Его запихнули в мешок, как какое-нибудь животное, как вещь, и поволоки в неизвестном направлении.
«Спокойно. Не убили. Значит, я им нужен живым. По крайней мере, пока…» - стараясь мыслить здраво, думал Фенрис. Сопротивляться сейчас не было смысла. Сначала нужно разобраться, куда он опять вляпался. Эльфа оставили в покое, бросив в каком-то тихом и сыром помещении. Пахло тут не так отвратительно, как могло бы пахнуть в темнице. И все же, Дрей не был уверен, что это не она. Он ничего не понимал.
«Может, это Мэтр Ланье? Я снова понадобился ему, и он передумал отпускать меня на волю?» - Фенрис почти не сомневался в правильности своих мыслей и уже почти убедил себя в том, что все так и есть. Тут его снова куда-то потащили, а после бросили наземь. Дрей тихо закипал. Он готов был себе поклясться, что убьет тех, кто позволил себе такую глупость, так обращаться с ним. Слава всем добрым силам - он этого не успел сделать. С него стянули капюшон и усадили на стул. Зеленые глаза забегали по сторонам, при этом их обладатель остался неподвижным. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Это было небольшое, освященное светом факелов помещение. Стол и два стула. Кроме него в комнате было еще двое: один стоял, другой - сидел на другом стуле. Увиденное эльфа не радовало. Он предпочел бы оказаться на свидании с мадам гильотиной.
«Разорвите меня мблоки!!!» - Дрей чуть не пролепетал это вслух. Он узнал одного из мужчин. Антонио Моретти… В голове закрутился вихрь воспоминаний, связанных с этой, несомненно темной личностью. И, разумеется, эльф тут же вспомнил о зомби. Он бы многое отдал, что бы отделаться от этих назойливых воспоминаний навсегда. Кажется, ситуация доходила до края Миста. Он здесь, Антонио здесь и здесь есть еще один человек. Эльф чуть сощурился, разглядывая незнакомца. Его то он точно не знал. Судя по всему, этот незнакомец вел допрос, либо эти двое вели переговоры. Каким-то чудом Дрею удалось понять, что он здесь из-за своего участия в той ночи мертвых. Ведь ничто иное его не связывало с Моретти. А значит, это допрос. Для Антонио, возможно, нет: этот субъект располагает  и средствами и сведениями, что бы откупится, а он, Фенрис – нет. Следовательно, для него это – самый настоящий допрос, который может ничем хорошим не закончится.
При словах «это ваше», Фенрис непроизвольно дернулся. С какой стати о нем говорят, как о вещи? Внутри вновь взметнулась волна бешенства, но эльф постарался взять себя в руки – не время устраивать буйные истерики. Моретти отвечал спокойно и слаженно. Судя по всему, вся ситуация его не слишком напрягала, по крайней мере, это не было заметно внешне. Дрей же был напряжен, как обнаженный нерв. Он не знал, что от него хотят, не знал, что его ждет. Ему совершенно е знакомы были принципы дипломатического ведения диалога. Глядя на присутствующих взглядом затравленного дикого зверя, эльф сжал кулаки.
- Моя вольная останется при мне, - прошипел он, холодея от мысли, что эти двое могут спокойно ее забрать, уничтожить, а потом заявить, что он принадлежит им. А вольная действительно была при нем, и лежала она в мешочке с деньгами, аккуратно сложенная в несколько раз.
- Зачем я здесь?

Отредактировано Fenris Drey (2013-05-15 00:16:50)

18

Стоило развеять проказницу-скуку, забыть хоть на день о кипе бумаг, что лежали на столе - до чего же он устал разбирать никому не нужные, нелепые до зубной боли, пустые отчеты о каких-то мелочах, не несущих смысловой нагрузки. Скольких уже опросили, сколькие "прошли сквозь них"? - и ничего, даже малейших прояснений, только размывчатые, доходившие порой до абсурда сказки, лебезящие уверения в "действительности", фиковые россказни напуганных или ничего не ведающих. Сколько ещё требуется "мангустам", чтобы выйти наконец на правильных личностей, а не собирать раскрашенные дешевыми красками картонные маски? 
День за днем усердной, муторной, однообразной работы, а итог? А итогом остается пустота - ничего толкового вызнать не удалось, ничего конкретного, ничего, что бы помогло инквизиции понять картину, собрав её из пазлов.
Ни сдаваться, ни менять тактики эльф не собирался, в некоторых ситуациях хватает и банального терпения. Тем более, что сегодня, насколько ему было известно, в храме особые гости. Так может стоит пойти и поприветствовать их? Идея заманчивая.
Войдя без стука, точно к себе в опочивальню, Сэзриоль стал осматриваться. Картина привычная: есть те, кого стоит допросить, и те - кто допрашивает. Сегодня в роли второго выступал Сарторис - эльф мысленно отметил, что читать ему не придется, что уже радовало, ведь этот человек обычно все доклады преподносил прелату в виде устного отчета. Двое "гостей" удостоились лишь краткого мимолетного взгляда - время никуда не торопило, и если Файону будет угодно, то оба присутствующих перескажут все по-новой, если они, конечно, вообще что-то говорили.
- Сделайте пометки и желательно не на самой карте, - такая информация могла пригодиться прелату отдела особого назначения, пояснять же для чего именно им понадобилась настолько подробная карта, не имело смысла, и так ясно все, как день мирской.
Аодхфайонн обогнул стол, вставая так, чтобы видеть и сидящего напротив Элёда, и белобрысого собрата, по всей видимости, темного. Из тех кратких донесений, что получил он от "мангустов" по делу, следовало то, что... Дрей? Да, кажется так его назвали, что он может знать куда больше других очевидцев. Ну а что касается демона - с ним разговор отдельный. Союзники, пусть даже и такие, - полезное достижение.
Однако стоило подождать. Немного.
- Продолжайте, не обращайте на меня внимания, - возможно для Антонио и Фенриса это выглядело как нелепая просьба (разговаривающая статуя? эка невидаль!), для Сарториса же - приказ.

19

Новое лицо

http://s08.radikal.ru/i181/1008/b3/e4ae68e0c33e.jpg
Сарторис, Элёд - хороший работник, отличный дагорец и просто Серый плащ.

- Мы - на одной стороне... - Саторис кивнул чуть более глубоко, чем должен был бы, просто автоматически соглашаясь. Появление нового действующего лица никак не поколебало его спокойствия, как не заставил его прерваться и торопливый выкрик "раба" -  Элёд занят был картой, помечая на ней новый маршрут, задавая вопросы так, словно ответы и вовсе его не интересовали:
- Вольная за Вашим авторством, господин Моретти? - удивление в голосе весьма вялое, Элёд не верит в то, чтоб Антонио так прокололся. Пусть даже ни для кого не является секретом то, чем занимается демон - одно дело "знать", совсем другое - иметь бумагу с поставленной подписью на сомнительных документах такого рода, чтобы дать против себя улику. Первое ненаказуемо, второе же... противоречит вечному правилу делового Дагора - "не попадайся!".
- Твою вольную можно закопать на компостной куче, дорогой, но невольный гость нашего храма, - Сарторис отвлекается от планов буквально на миг - ты покажешь её нам, как только нам станет она интересна. Иначе ты перейдешь в статус оказавших сопротивление и продолжишь помогать вершить волю Татеса тремя ярусами ниже, - это, - улыбка ядовитой змеей проскальзывает по губам, - понятно, или стоит остановиться подробнее?
Облаченные в капюшоны помошники давят на плечи белоголовому, позволяя почувствовать силу чужих рук. Именно тут Сарторис прерывается на глубокий поклон, накладывает на карту тихо шуршащий лист полупрозрачной заморской бумаги.
- Теперь... именно теперь меня интересуют детали. Вы можете сказать, где было это существо на момент... нападения? Кому оно принадлежало, будучи... рабом?

20

- Вольная за Вашим авторством, господин Моретти?
Слыша это, Антонио только удивленно приподнимает бровь. Заподозрить его в такой непозволительной беспечности - почти оскорбление, но здесь и сейчас это, пожалуй, можно простить.
- Разумеется нет, упаси Татес. Скажем так, - мужчина неопределенно поводит рукой над столом и выпускает к потолку еще одну порцию горького дыма. - Это письмо от его нанимателя, в котором говориться о небольшом отпуске, который ему полагается. Но мы с вами понимаем о чем идет речь, верно? Верно, Фенрис? К тому же нам ни к чему сейчас играть словами, мы не на торжище.
Обращенные к Дрею слова Сарториса едва не заставили Моретти засмеяться. Или все дело было в том чудесном табаке? Так или иначе, следить за новыми предметами интерьера было весьма занятно: даже при их статусе, они безусловно напоминали Тони марионеток, дергающими руками по велению Всевышней Крестовины.
- На твоем месте, я бы прислушался к его словам. Он редко так много болтает, знаешь ли... И все же, господа, вам не кажется, что для нашего разговора с господином Сарторисом здесь слишком много свидетелей? Становится тесновато, - пожал он плечами, не сводя глаз с новоприбывшего инквизитора. Этот держался иначе: старался прикинуться ветошью, но при этом голос выдавал его с головой.
Привык распоряжаться. И какого же ты чина, интересно знать?..
- Не имею никакого понятия. И надо сказать весьма этому рад. Если, конечно, вообще можно радоваться произошедшему, - произнес Моретти снова склоняясь над картой. Табак в трубке прогорал, а спокойствия у него не прибавилось ни щепотки. - Дайте перо и чернила. Или господа инквизиторы предпочитают чтобы я писал кровью?
О том, кому могла бы принадлежать эта кровь Антонио почему-то умолчал.

Отредактировано Антонио (2013-05-24 08:36:40)

21

Ответственное лицо

http://s08.radikal.ru/i181/1008/b3/e4ae68e0c33e.jpg
Сарторис, Элёд - хороший работник, отличный дагорец и просто Серый плащ.

Очная ставка можно сказать что удалась, всё, что только можно было получить от встречи двух настолько разных существ, как Антонио Моретти и Фенрис Дрей было на самом деле получено, но Сарторис выдержал всё же паузу перед тем как кивнуть подручным. Впрочем, лицо "раба" только подстёгивало к такой перестановке слагаемых местами - разговаривать с ним Сарторис собирался поручить одному специалисту по "тугодумам" и для этого тушку эльфа и впрямь надо было спустить несколькими ярусами ниже. Правда не тремя, а двумя, но кто их считает, правда? Особенно когда голова прикрыта джутовым мешком, а ногам отказано в праве перебирать по полу самостоятельно - для этого к выволакиваемому и приложилась пара суровых конвоиров.

После того, как дверца камеры закрылась и внутри осталось только трое, разговор можно было продолжить, тем более что Аодхфайонн всерьез, прихоти начальства разнообразны и непредсказуемы, задался целью изображать безмолвного статуя.

- Я предпочту свинцовое стило - оно меньше пачкает бумаги, - получить из рук Эльдэ свинцовую палочку для писания - знак большого доверия на самом-то деле. Это тебе не хрупкое гусиное перо, ею, заточенной для пущей тонкости почерка, запросто можно убить, но, и это факт, и расчертить карту ею можно куда как сподручнее, - и пояснения к каждой проведённой линии. По возможности...


Господа Аодхфайонн Сэзриоль и Fenris Drey выведены из ветки за долгим отсутствием на форуме.
При желании продолжить игру они обращаются ко мне в личку и получают личный вводный пост.

22

- Как вам будет угодно, Сарторис, - кивнул Антонио, провожая взглядом фигуру Фенриса Дрея, с которым, как он надеялся, вновь они смогут встретится еще очень и очень не скоро.
А потом беседа вернулась в привычное русло и господин Сарторис даже оказал своему гостю большую честь, подкрепив ее едва заметной улыбкой.
В свою очередь, господин Моретти не смог не поморщиться, принимая из рук инквизитора остро заточенную свинцовую палочку. По большей части рефлекторно: не смотря на то, что Храм глушил его дар, знание того что именно можно сделать этой, с позволения сказать, письменной принадлежностью, оставляло неприятный осадок. В оправдание Сарториса следовало бы сказать, что данное конкретное стило было абсолютно безвинным и за свою недолгую карьеру не успело не только оборвать хоть одну жизнь, но и устроить хоть какое-то членовредительство помимо синевы на пальцах писаря. Но Антонио об этом не знал и подспудно подозревал худшее.
- Возьмем за точку привязки вот этот спуск. Он есть на вашей карте, так что мои пометки не собьются... в случае неосторожности. Галереи первого яруса идут здесь, и здесь. По крайней мере те, что были безопасны. Увы, ничего не могу сказать о том, как обстоят дела теперь, - пояснял Антонио уверенные линии, проводимые стило по поверхности листа. Со стороны могло показаться, будто господин Моретти в прошлом был не торговцем, а главным архитектором Дагора. А о его талантах к черчению и рисованию и вовсе можно было легенды слагать. - Здесь, - одну из линий Антонио перечекрнул крест-накрест, - несколько лет назад обвалился свод. Пройти там можно, но это не слишком удобно. Не думаю, чтобы Орден им пользовался... Что-то еще? Прошу, задавайте вопросы. Я отвечу на них с огромным удовольствием.
"К тому же чем быстрее это случится, тем быстрее я буду свободен. По крайней мере в передвижении", - подумалось ему, но проявиться этим размышлениям внешне Антонио, конечно же, не позволил. Не стоило показывать свои слабости даже тем, кто с тобой "на одной стороне".
- Если я правильно понял, Инквизиция планирует предъявить Ордену обвинение в... неосторожном обращении с результатами экспериментов, повлекшим за собой трагические события? Или, я бы даже предположил, в измене?
Внимательный взгляд поверх стило достался Сарторису. Возможно, говорить в присутствии статуи было не слишком осмотрительно, но раз он молчит, так пусть и не слушает. Раз уж они все на одной стороне.

Отредактировано Антонио (2013-09-14 13:05:18)


Вы здесь » Последний Шанс » Архив Дагора » [27.12.39] Гражданин, пройдемте!